Поиск по статьям и
новостям

  
ipad
Подписка
vote
megapolis
Говорит Москва
Информационный центр Правительства Москвы
aura
lazer
ofshoram

Спорный котлован

Как корреспондента «МП» к радиофобии приобщали

Андрей ФЕДОРОВ

Не так давно в редакцию «МП» обратились обитатели улиц Расплетина и Генерала Берзарина - вблизи их домов с конца прошлого года началось строительство трех многоэтажек и детского сада. Однако не близость масштабного строительства вызывала у москвичей возмущение, а то, что, по слухам, развернулось оно аккурат над захоронением радиоактивных отходов (РАО), принадлежавших когда-то НИЦ «Курчатовский институт». Коррес-пондент «МП» немедленно выехал по указанному адресу...

Опасно для жизни!

- До начала строительства естественный радиационный фон здесь был 0,08 - 0,10 микрозиверта в час, - рассказывает Андрей Милованов, гендирек-тор ООО «Стройэкспорт НП», чья компания производит железобетонные конструкций и находится в непосредственной близости от стройплощадки, - теперь рядом с вырытым котлованом он втрое превышает допустимый.

Наша справка

Микрозиверт в час (МкЗв/час) - производная единица Международной системы единиц (СИ) для измерения мощности поглощенной дозы ионизи-рующего излучения. 0.20 МкЗв/час - обычный радиационный фон, которому подвергается большинство людей в повседневной жизни.

Безопасным для человека считается порог в 0.30 МкЗв/час.

1.00 МкЗв/час – облучение, получаемое экипажем самолета, совершающего перелет Токио - Нью-Йорк через Северный полюс;

2.28 МкЗв/час - средний допустимый уровень облучения для работников атомной промышленности;

11.42 МкЗв/час – уровень, резко увеличивающий вероятность развития рака;

40.00 МкЗв/час на протяжении жизни – основание для эвакуации людей после катастрофы в Чернобыле;

114.15 МкЗв разовая доза - вызывает лучевую болезнь с тошнотой и пониженным содержанием белых кровяных телец, но не летальный исход;

570.77 МкЗв разовая доза – половина людей, получивших такую дозу радиации, умирают в течение месяца.

Ежегодная допустимая норма для человека – 3,00 МкЗв

За всю жизнь мы в среднем получаем 700 МкЗв. Чуть больше - жители горных районов и Крайнего Севера.

Вместе с Андреем Миловановым едем к котловану, со дна которого строители на «КамАЗах» вывозят песок. Достаю собственный радиометр, специ-ально взятый для такого дела в редакции. 0,36 МкЗв/ч – это выше, чем допустимый радиационный фон по городу Москве. Замеры в других точках тоже показывают хоть и незначительное, но все же превышение – от 0,24 до 0,26 МкЗв/ч.

- Я много лет работаю тут неподалеку, - продолжает Милованов, - раньше наше предприятие вообще относилось к институту Курчатова. В архивах завода хранилась документация, планы, на которых были четко указаны могильники «Курчатника». В этих местах нельзя было вести строительство. И вообще это была зона отчуждения. Ведь в самом могильнике, который сейчас разрывают, на глубине 70 метров зарыто 300 бочек с радиоактивными отходами!

- Да, серьезное дело. Но хорошо бы и доказательства получить. Можете эти бумаги показать? – задаю вопрос Андрею Алексеевичу.

- В свое время вся документация, которая хранилась в «секретном отделе» нашего завода, была передана в МЧС по городу Москве. Однако я могу вас свести с бывшим спасателем, который еще в 2003 году лично по долгу службы производил замеры радиационного фона на этом месте. Тут тогда подземный гараж хотели строить. Приехали, раскопали, замерили – превышение. По новой все замуровали, и больше никаких строительных планов на этом месте не реализовывали.

- Так и было? – спрашиваю того самого спасателя, а ныне полковника МЧС (фамилия не приводится по его просьбе. – А. Ф.)

- Да, в 2003 году я действительно выезжал на этот пустырь по адресу: улица Берзарина, владение 28. Копнули там его - уровень ПДК по естественно-му радиационному фону значительно превысил норму.

- Не помните, насколько?

- Сейчас уже не могу точно сказать. Результаты я передал своему руководству. Дальнейшую их судьбу не знаю. Я выполнил только свой профессио-нальный долг. Могу лишь сказать, что в этом месте лучше ничего не копать.

Без паники

Наверное, если бы в свое время я не общался со многими ликвидаторами, работавшими в Чернобыле на аварии, скорее всего тоже, как и местные жители, испугался – на радиометре-то явное превышение! Позвонил старому знакомому - Юрию Козлову. Он по профессии физик-ядерщик, неодно-кратно бывал в командировках в Чернобыле и знает о радиации, наверное, все.

- Вообще-то 0,36 МкЗв/час вполне допустимая и безопасная для человека доза естественного радиационного фона. Например, жители горных рай-онов получают гораздо больше природного гамма-излучения, и на их здоровье это никак не отражается, - усмехнулся Юрий Михайлович. – Уверен, если на этом же месте произвести повторный замер, скажем, через полчаса - показания будут совершенно другими.

- Другим в большую или меньшую сторону?

- Думаю, в меньшую.

Решил съездить на стройку еще раз. Подготовился основательно. Внимательно изучил карту замеров радиационного фона вокруг начавшегося строительства – их 14 января проводил московский МЧС по требованию здешних жителей. Спасатели провели замеры в 475 точках, после чего выне-сли вердикт: радиационный фон в районе строительства в норме и не представляет опасности для обитателей двух «тревожных улиц». На этой карте отметил для себя самые большие тогдашние показания, превысившие 0,20 МкЗв/ч (самое большое было в 0,24МкЗв/ч). Таких точек у меня получи-лось 28. И на следующий день вновь поехал на улицу Берзарина, чтобы промерить именно их. Прав оказался ядерщик: показания получились совсем другими - от 0,08 до 0,14 МкЗв/ч.

В чем причина таких скачков фона, решил поинтересоваться у руководителя энергетической программы «Гринпис» Владимира Чупрунова.

- Это нормальное явление, - объяснил он. - Дело в том, что естественный радиационный фон в Москве (впрочем, как и везде) складывается из не-скольких показателей - солнечного излучения, земного излучения и… пыли, которая постоянно присутствует в воздухе. Например, в дождливую и пасмурную погоду естественный фон гамма-излучений значительно ниже, чем в ясный солнечный день. Вообще у нас люди очень мало знают о сол-нечной радиации. Пугаются показания радиометра в 0,30 МкЗв/ч, и при этом могут летом часами загорать на пляже, пока не получат тепловой удар или серьезный термический ожог. А ведь именно такие ожоги наблюдали врачи у многих ликвидаторов в Чернобыле! За один жаркий день такого бездумного загорания можно схлопотать сразу годовую дозу облучения…

Но как же быть с историей про ядерные могильники в черте города? Правда были, или все-таки слухи?

- Слухи! Они ходили и будут ходить – ну любит у нас народ страшилки, - рассказал «МП» Николай Антонов, бывший сотрудник Курчатовского институ-та, а ныне участник проекта ITER (международного экспериментального термоядерного реактора). – Я, между прочим, сам тут неподалеку живу, так что лицо, так сказать, заинтересованное. Так вот. Совершенно авторитетно вам заявляю: никаких захоронений ни на улице Берзарина, ни на улице Расплетина, ни на каких других улицах Москвы нет. Институтские реакторы маленькие совсем, экспериментальные, это не промышленные гиганты, с которых отходы вывозить нужно на спецзахоронение. Но даже если представить, что что-то нужно вывезти – ни один вменяемый руководитель не возьмет на себя ответственность зарывать что-то в столь людной местности. Это ж подсудное дело! Есть ведь специальные службы, которые зани-маются такими делами, есть специальные могильники, и находятся они не у нас, а в совершенно безлюдных областях – в Казахстане, например, или на Урале, и не просто так все в землю закапывают, пусть и под слоем спецбетона. Используют для этого бывшие соляные шахты, потому что там воды нет, не размоет ничего. У нас же в районе почвы песчаные, плывунов много, Москва-река рядом. Да никому в страшном сне не пришло бы в голову в таком грунте радиационный могильник делать!

Жирная точка

Для полной ясности послал еще и официальный запрос в НИЦ «Курчатовский институт». Мол, действительно ли на пустыре, где сейчас развернулось масштабное строительство, раньше находилось захоронение РАО? И если да, то чем это грозит нынешним жителям СЗАО и будущим обитателям новостроек?

Вскоре получил ответ от заместителя директора по научной работе Андрея Королева. Суть письма на трех страницах одна - могильников нет, опас-ность надуманная. А вот один абзац заинтересовал особо: «Руководитель завода железобетонных изделий ООО «Стройэкспорт НП» (далее – ЖБИ) Милованов А. А. неоднократно обращался в различные инстанции. Эти обращения связаны с его попытками опротестовать решение о переносе ЖБИ за пределы Москвы и сооружении по адресу: ул. Берзарина, д. 28, жилого дома. Для решения данного вопроса Милованов А. А. использует не соот-ветствующую действительности информацию, пытаясь создать у населения радиофобную панику. Все данные, приводимые Миловановым А. А., не-однократно проверялись надзорными органами. Нынешняя территория ЖБИ и место так называемой возможной жилой застройки по ул. Берзарина, д. 28, никогда не входили в состав территории НИЦ «Курчатовский институт». Поэтому никаких радиоактивных захоронений со стороны института в районе ЖБИ и будущего жилого дома не было».

На днях (бог троицу любит) еще раз выехал к месту строительства. Прошелся по уже знакомому маршруту с радиометром. Цифры на приборе не вы-ходили за пределы 0,08 - 0,22 МкЗв/ч. Норма! Как и было сказано.

Редакция: +7 499 259-82-33

Справки по письмам: +7 499 259-61-05

www.mospravda.ru

Факс: +7 499 259-63-60

Электронная почта: newspaper@mospravda.ru

МП
© 2005—2011 «Московская правда»

Rambler's Top100

Рейтинг@Mail.ru
Новая версия сайта