Поиск по статьям и
новостям

  
ipad
Подписка
vote
megapolis
Говорит Москва
Информационный центр Правительства Москвы
aura
lazer
ofshoram

Лев Толстой и Нобелевская премия

Всеволод ЧУБУКОВ

К 1902 году Л. Н. Толстой пользовался исключительным, гигантским авторитетом, и большинством писателей мира высказывалось мнение, что он является единственным и бесспорным кандидатом на получение первой Нобелевской премии по литературе. Но в Швецию представление от России пришло с опозданием.

Через год на предложение Шведской академии документы поступили вовремя, но секретарь академии Карл Давид Вирсен навязал свое мнение: «Если позволить себе помнить только о бессмертных творениях, какими являются «Война и мир» и «Анна Каренина», то не составило бы труда присудить ве-ликому русскому писателю пальмовую ветвь победителя. А если принять во внимание высказанное Толстым суждение о ненужности и даже вредности денежных премий, то всякий придет к заключению, что было бы неправильно навязывать премию великому писателю…»

В 1905 году в свет вышел «Великий грех» Толстого, в острой публицистической форме рассказавший о тяжелом положении российских крестьян. В очередной раз Шведская академия обратилась к Петербургской АН с «призывом указать кандидата на получение Нобелевской премии из числа рус-ских писателей». Академик К. К. Арсеньев составил черновую записку по выдвижению Толстого на премию и огласил ее на заседании Отделения рус-ского языка и словесности, которое «постановило просить академика А. Ф. Кони составить записку в расширенной редакции».

В ней Анатолий Федорович с редким талантом литературного критика охарактеризовал Толстого как «вдумчивого исследователя человеческой души, у которого главный герой его произведений всегда был, есть и будет прекрасен ­ Правда. На все человеческие отношения отозвался Толстой, и что бы он ни изображал ­ везде и во всем звучит голос неотразимой житейской правды. Он обращался к голосу, звучащему в тайниках человеческой ду-ши, и, действуя страстным словом или яркими образами, блещущими правдивостью, заставляет этот голос звучать настойчиво и долго. Этим объяс-няется популярность всех его трудов далеко за границами России ­ и то внимание, которое возбуждает к себе в Западной Европе и Америке каждое его даже самое незначительное по объему произведение. Благодаря этому его художественные труды являются особым нравственным миром, кото-рым дышит писатель! Он будит совесть, ставит ее верховным судеею жизни и деятельности человека. Задача «Великого греха» ­ убедить русское общество в несправедливости порядка, делающего землю собственностью немногих... Императорская Академия наук усматривает достаточные основания к указанию графа Л. Н. Толстого как кандидата для получения Нобелевской премии, что было бы только новым признанием выдающегося места, занимаемого им во всемирной литературе».

Петербургская АН 7 января 1906 года записку одобрила. Кони было поручено перевести ее на французский, и 19 января с экземпляром «Великого греха» она была отправлена в Стокгольм.

В сентябре в случайном разговоре с Кони Толстой узнал о том, что академия заявила его в качестве кандидата на Нобелевскую премию. Лев Нико-лаевич отреагировал мгновенно: в тот же день, 25 сентября, отправил письмо своему другу финскому писателю Арвиду Ярнефельдту: «По словам Кони, может, случится, что премию Нобеля присудят мне. Если бы это случилось, мне бы было очень неприятно отказываться, а потому я очень прошу вас, если у вас есть ­ как я думаю ­ какие­то связи в Швеции, постараться сделать так, чтобы мне не присуждали этой премии. Может быть, вы знаете кого­либо из членов, может быть, можете написать председателю, прося его не разглашать этого, чтобы этого не делали». Ярнефельдт перевел его и отослал в Стокгольм. В итоге и на этот раз Л. Толстому Нобелевскую премию не присудили.

О смерти Толстого мир узнал 7 ноября (20­го по новому стилю) 1910 года. На следующий день в Академии наук, членом­корреспондентом которой и почетным академиком Разряда изящной словесности был Лев Николаевич, «память усопшего почтили вставанием». Его вдове послали телеграмму и письмо: «Глубокоуважаемая Софья Андреевна, Императорская АН, имевшая честь и радость считать в числе своих членов графа Льва Николаевича Толстого, имя которого стало одним из самых дорогих достояний русского народа и останется таким навсегда, как пример и символ прекрасного, в своем нравственном величии, соединения громадного неподражаемого таланта, безупречного ума и горячего сердца. Оплакивая со всей Россией тяжелую утрату, не можем не обратиться с благодарною мыслею к Вам, сотруднице жизни покойного, почти полвека оберегавшей его время и труд от мелочных житейских тревог и окружавшей его теплом своей любящей заботливости. Пусть сознание этой Вашей заслуги послужит Вам некоторым утешением в Вашем безмерном горе и укрепит потрясенные силы ­ для воспоминаний о том, кто, умерев телесно, ­ будет продолжать жить и в Вашей страдающей душе ­ и в нашей душе. А. Кони, Ив. Бунин, К. Арсеньев, Ф. Фортунатов, Н. Кондаков, Н. Котляревский, А. Соболевский, Д. Овсянни-ко­Куликовский, В. Ламанский, В. Истрин, А. Шахматов».

Пришло письмо и от Нобелевского комитета: «Выражаем свои искренние соболезнования и разделяем с Вами траур в связи с большой потерей, ко-торую понес не только русский народ, но и весь цивилизованный мир». Полагаю, что это было неким покаянием перед личностью мирового масшта-ба, какой является Л. Н. Толстой.

Редакция: +7 499 259-82-33

Справки по письмам: +7 499 259-61-05

www.mospravda.ru

Факс: +7 499 259-63-60

Электронная почта: newspaper@mospravda.ru

МП
© 2005—2011 «Московская правда»

Rambler's Top100

Рейтинг@Mail.ru
Новая версия сайта