Поиск по статьям и
новостям

  
ipad
Подписка
vote
megapolis
Говорит Москва
Информационный центр Правительства Москвы
aura
lazer
ofshoram

Почему я верю в рубль

Владимир КРЕСЛАВСКИЙ

По статистике большинство россиян предпочитают рубли и не собираются переводить вклады в валюту.

Ну очень черное золото

Еще в июне, когда деревянный только дернулся, заключил с друзьями пари на курс руб­ля к ноябрю. Кто­то утверждал, что за доллар будут давать около семидесяти, кто­то – за сто, а я – от пятидесяти до пятидесяти шести. Написали свой прогноз на бумажках, отдали разбивающему, принялись ждать. И тут случился август.

Нефть дешевеет, рубль бьет антирекорды, президент почему­то хвалит Набиуллину, а мои друзья потирают руки, думая, что в ноябре проставляюсь именно я.

И с одной стороны, они вроде как правы: с чего бы это рублю начать укрепляться? По опубликованным в начале августа статистиче-ским данным, российская экономика падает второй квартал подряд, причем во втором квартале падение даже ускорилось: в первом – 2,2%, во втором – 4,6%. Снижается промышленное производство, растет инфляция, падает потребление. Ну и, конечно, нефть. Даже такой спокойный и рассудительный политик, как Нурсултан Назарбаев, предупредил на днях, что надо готовиться к цене на нефть в 30 долларов. Это очень мало, и с чего бы тогда рублю расти?

Отечественные эксперты более осторожны в своих прогнозах. Так, старший аналитик Sberbank CIB по валютным рынкам Том Левин-сон, которого цитирует «Интерфакс», полагает, что цена нефти в ближайшее время может опуститься до 45 долларов, из­за чего курс доллара вырастет до 70 рублей.

А вице­премьер Дворкович хотя и допускает, что стоимость нефти может опускаться до 30 ­ 35 долларов за баррель, полагает, что средняя цена в 2015 году все же останется около пятидесяти. И вообще в ближайшие три года она будет колебаться в пределах $50 ­ 70 за бочку. Что совсем неплохо с учетом того, что критическими для нашей нефтянки являются назарбаевские тридцать.

Но ведь есть и такие, причем на Западе, кто прогнозирует не падение, а рост цены на нефть до ста долларов за баррель уже к концу этого года. Выбирай прогноз, какой хочешь, и все равно ошибешься. Другое дело, что пессимистам жить тяжелей, поэтому останемся при своих – пятидесяти.

Умом Россию не понять

Конечно, нашему правительству не позавидуешь. Падение экономики налицо, инфляция пусть и снижается, но все равно остается на достаточно высоком уровне. Получается экономическая «вилка»: чтобы подтолкнуть экономику, надо влить в нее побольше денег, но это в свою очередь инициирует инфляцию, и так по кругу.

Подобная ситуация называется у экономистов стагфляцией, рецептов, как из нее выходить, хватает, но по большому счету ни один из них так, чтобы стопроцентно, не работает. Вот и ругаются наши министры­экономисты с главой Центробанка: как бы так сделать, что-бы и экономику стабилизировать, и мы с вами, приходя в магазин, от ценников не шарахались. Ведь от того, как мы будем покупать, тот же промышленный рост зависит. Санкции – не санкции, а если верить последним данным Минсельхоза и Росстата, то на фоне па-дения покупательского спроса у нас сейчас наблюдается даже перепроизводство некоторых продовольственных товаров.

Конечно, в России простые схемы не работают. Ведь у них там на Западе как? Ввели мы наши контрсанкции, сняли в ЕС внутренние ограничения на импорт продовольствия, хлынули дешевые польские яблоки и ирландское молоко везде куда можно, вот и поползли цены вниз. Фермеры бастуют, чиновники отмалчиваются, потребители довольны. А то плохо, когда цены на некоторые продукты чуть ли не вдвое упали?

У нас все по­своему, по­другому, правой рукой за левое ухо – в самый кайф. С одной стороны, все вроде бы правильно – запрет на ввоз некоторых продуктов помогает собственным аграриям: по курятине и яйцам уже в плюсе, по производству свинины – темпы роста просто радуют. В магазин иной раз заходишь, хочется спросить: и это все у нас?

А с другой ­ чтобы цены снижались, так этого нет. Ну поползли они немного вниз, когда рубль во втором квартале укрепляться стал, но дальше все – стоят, как вкопанные. Теперь рубль падает, значит, надо ждать, что и цены даже на наши родные картошку и свеклу обя-зательно начнут подниматься

Почему так происходит? Конечно, можно сказать, что и посевные материалы у нас импортные, и упаковка зарубежная (свою сделать не можем?), но все же основным компонентом потребительской инфляции у нас является спекуляция. Это когда через пару­тройку своих же фирм пропустил и на прилавки уже по накрученной цене выбросил. Правительству не ругаться с самим собой надо, а порядок в торговле наводить. А то получается, что треть россиян, по опросам, на еде стали экономить. Эдак и все усилия по подъему аграрного сектора на нет сойдут.

Еще по одному опросу – сам не видел, но иностранцы цитируют – каждый второй россиянин утверждает, что у него есть знакомые, потерявшие за последнее время работу. Вывод «буржуины» делают такой: экономика России летит в тартарары, голодные и безработ-ные скоро выйдут на улицу и сметут ненавистный «цивилизованному миру» путинский режим.

Но, во­первых, у меня тоже есть два знакомых – дети друзей – которые, проработав год­два после института, работу потеряли. Но ведь они не безработные. Один организовал интернет­фирму, другой вместе с такими же, как и он, занялся торговлей молодежной одеж-дой. Я в этом ничего не понимаю, но дела идут, ребята не просто «купил­продал», а что­то там мудрят с дизайном и даже заказы на предприятиях размещают. Было бы желание.

К слову, по той же статистике безработица в России за последний год не только не выросла, но даже немного меньше стала.

Крепкий рубль

Давайте не спорить о том, что значит крепкий, а что – некрепкий. Курс национальной валюты должен быть таким, чтобы всем – импорте-рам, экспортерам, потребителям и производственникам – было бы комфортно. По всем замерам – правительство и Центробанк здесь вроде согласны – комфортным для российской экономики является курс 50 ­ 56 рублей за доллар. А раз согласны, значит, будут старать-ся, чтобы такой курс установился.

Другое дело, хотеть и сделать. И здесь нам снова напоминают о цене на нефть, спаде экономики, росте инфляции и т. д.

Но, во­первых, связь курса рубля с ценой на нефть хотя и остается, но она уже не столь очевидна, как еще два­три года назад. Еще в июле нефть прыгала туда­сюда, а рубль креп, и Центробанк пополнял золотовалютные запасы.

Во­вторых, падение ВВП, конечно, можно объяснять и введенными против нас санкциями, и падением цен на энергоносители, и еще мно-го чем другим, и, наверное, все это в той или иной степени будет верно. Но основными все же являются структурные изменения, которые происходят сейчас в нашей экономике, и переориентация (можно сказать – диверсификация) на другие рынки. Когда идут такие процес-сы, падение ВВП неминуемо недолговременно, и, как правило, следом начинается экономический рост.

В­третьих, российская инфляция во многом специфична, и обуздать ее по силам не только Центробанку, но и правоохранительным орга-нам.

Давайте не забывать и о том, что августовское снижение курса рубля можно было спрогнозировать, зная, что именно сейчас начинается период выплат по корпоративным долгам. Занимавшим за рубежом предприятиям нужна валюта, они ее скупают – цена доллара растет.

И, наконец, кому вы больше верите – Путину, который похвалил Набиуллину за предпринимаемые Центробанком усилия по укреп­лению курса, или Обаме, который на каждом углу рассказывает, что порвал российскую экономику в клочья? Вопрос из разряда «не верь глазам своим».

А потому я верю в рубль и не собираюсь проставляться в ноябре.

Редакция: +7 499 259-82-33

Справки по письмам: +7 499 259-61-05

www.mospravda.ru

Факс: +7 499 259-63-60

Электронная почта: newspaper@mospravda.ru

МП
© 2005—2011 «Московская правда»

Rambler's Top100

Рейтинг@Mail.ru
Новая версия сайта