Поиск по статьям и
новостям

  
ipad
Подписка
vote
megapolis
Говорит Москва
Информационный центр Правительства Москвы
aura
lazer
ofshoram

Его песни до сих пор поет вся страна

Генерал был замечательным сыщиком и великим композитором

Владимир Гондусов

Работая над очерком о жизни и службе прославленного муровца, а позже - главы МВД Армении, генерал-лейтенанта внутренней службы в отставке Е. Г. Паталова ("СК", 28 июня 2013 г.), услышал от Евгения Гургеновича рассказ о его близком друге Алексее ЭКИМЯНЕ - сыщике и композиторе, авторе известных песен "Вся жизнь впереди", "Вот и весь разговор", "Снегопад" и многих других. Ни до, ни после в оте-чественных правоохранительных органах и на эстраде такого феномена не было. Как говорил о себе сам Экимян, "я прожил две судьбы одной жизни..."

- В нашей семье бережно хранятся три пластинки, подписанные Алексеем Гургеновичем Экимяном. Это память об удивительном человеке, дружбой с которым я не просто дорожил - расценивал ее как подарок судьбы, - говорит генерал Паталов. - Познакомились мы в конце 60-х годов, вскоре после моего назначения заместителем начальника МУРа. Алексей Гургенович в это время был заместителем начальника ГУВД Московской области по розыску. Началось все с того, что на территории столицы был обнаружен расчлененный труп, точнее, его половина. Другая часть - недалеко от столицы, но это уже была область. Встал вопрос: кому возбуждать дело, а соответственно - брать на себя основную тяжесть раскрытия. И хотя дело возбудила столичная милиция, Экимян твердо сказал: "Даю слово, что работать будем по этому делу так, будто его возбудили мы". И слово свое сдержал. Так с первых дней знакомства у нас возникла симпатия друг к другу. Тем более, что оба - Гургеновичи, чем не еще один повод работать дружно...

Вообще-то, по мнению ветерана МУРа, в отношениях столичной и подмосковной милиции не все было гладко. И когда складывалась напряженная ситуация, начальник ГУВД Москвы Анатолий Иванович Волков приглашал именно Паталова: "Евгений Гургенович, поезжай к Экимяну, решай проблему". И решали. Порой спорили, но когда дело касалось взаимодействия, то работали рука об руку. Впрочем, перезванивались и встречались не только по делам служебным, и так было на протяжении всего нашего знакомства, а не только работы в Москве".

Евгений Гургенович хорошо знает жизненный путь Экимяна. Родился Алексей в Баку в 1927 году. Несколько лет учился в музыкальной школе, играл на скрипке, однако продолжить специальное образование не удалось: началась война. В 1941 году, чтобы прокормить семью, 14-летний Алеша идет работать на железную дорогу, а в сорок пятом, 18-летним, с группой сверстников едет восстанавливать разрушенный немцами Харьков. Здесь без отрыва от производства окончил вечернюю школу и по совету фронтовиков, которые взяли шефство над трудолюбивым и ответственным юношей, поступает во Владимирскую среднюю школу милиции. Пять лет возглавлял отделение милиции в Бирюлеве, затем - ГОВД в Серпухове. В 1954 году Экимяна как перспективного руководителя, умеющего наводить порядок на вверенных участках, направляют на учебу в Высшую школу МВД СССР. С 1963 года Алексей Гургенович - в подмосковной милиции, где, пройдя ряд должностей, возглавил уголовный розыск областного ГУВД.

- Мне довелось разговаривать с теми, кто служил под его руководством: они души в нем не чаяли. И было за что, - отметил Е.Г. Паталов. - В Алексее Гургеновиче поражали глубина и нестандартность оперативного мышления, творческая манера работы, особенно при выдвижении и проверке версий. Он всегда лично выезжал на место происшествия и проявлял чудеса оперативной выдумки в изобличении преступников, обезвредил не одну бандитскую группировку, орудовавшую в Московской области...

Об этом же, в частности, свидетельствует и представление А. Г. Экимяна к ордену Красной Звезды: "Вместе с другими службами добивается постоянного совершенствования стиля и методов деятельности уголовного розыска, внедряя в практику оперативно-розыскной работы новые линии действенных форм борьбы с преступностью. Постоянно укрепляет взаимосвязь сотрудников уголовного розыска с работниками других служб органов милиции. В результате проведенных мероприятий значительно улучшилась организованность аппарата уголовного розыска. Общая раскрываемость преступлений за первое полугодие 1967 года составляет по управлению 97%". Боевой орден Красной Звезды Экимяну вручили в торжественной обстановке.

В личном деле Алексея Гургеновича перечень поощрений и наград занимает целых пять листов. Вот лишь одна из записей: "Приказом МВД СССР №941 от 30 октября 1969 года награжден Почетной грамотой МВД СССР за инициативу и настойчивость, проявленные при разоблачении особо опасной преступной группы, совершившей в городе Истре разбойное нападение на объединенную кассу Дедовского торга".

Звание генерал-майора милиции Экимян получил в 43 года, что было большой редкостью в то время. И его стремительное продвижение по служебной лестнице было связано лишь с честной и самоотверженной работой, а не со связями и знакомствами. Его имя было занесено в Книгу почета МВД СССР.

Оперативный талант сочетался с талантом композиторским. Он проявился очень рано: в 1957-м специально для конкурса самодеятельности, посвященного Всемирному фестивалю молодежи и студентов в Москве, Экимян написал "Фестивальный вальс". Председатель жюри, композитор Вано Мурадели, автор "Бухенвальдского набата" и других известных произведений, один из ведущих советских композиторов того времени, вручая слушателю Высшей школы милиции первую премию, сказал: "Не знаю, товарищ старший лейтенант, дослужитесь ли вы до генерала, но композитор из вас, думаю, получится неплохой". Прошло время - Экимян стал и генералом, и композитором, а Вано Мурадели напишет в предисловии к выпущенному "Воениздатом" первому сборнику песен Экимяна: "Я познакомился с песнями Алексея Экимяна несколько лет тому назад. Они сразу понравились мне своей искренностью и теплотой, самобытностью мелодического языка и оригинальностью формообразования".

В уголовном розыске редко выпадают свободные вечера, а тем более - выходные дни, и Экимян трудился, как и все, на износ, отдавая себя работе целиком. Но когда приходил домой, все рабочие проблемы оставлял за порогом. Если выпадал час-другой, он тихо, чтобы не разбудить домашних, наигрывал свои мелодии. Музыка была его отдушиной, спасением от мира жестокости и насилия, куда приходилось возвращаться каждое утро. Многие его коллеги удивлялись, как можно днем работать над раскрытием убийства, а вечером писать такую живую, душевную музыку, которая была способна волновать человеческое сердце.

- Он раздваивался, ведь по натуре своей не мог что-то делать плохо, - говорит Евгений Гургенович. - Очень переживал. Делился этим со мной. Был у него и разговор с министром Щелоковым. И я стал свидетелем продолжения той беседы. На концерте, посвященном Дню милиции, мы сидели с Экимяном в первом ряду. Николай Анисимович спустился во время перерыва в зал и, проходя мимо, поздоровался с нами и спросил у Алексея Гургеновича: "Ну что вы решили?" На что Экимян сказал: "Даже не знаю, что и делать. А вы как считаете?"

Щелоков тогда сказал: "Мы очень ценим вас как оперативного работника и одного из руководителей милиции Московской области. И нам, конечно, не хотелось бы вас терять. Но обучить и воспитать оперативного работника можно за десять лет, но за такой, и даже больший срок композитора подготовить нельзя..."

То, что наш министр любил искусство, дружил с писателями, музыкантами, актерами, общеизвестно. И это не было праздным увлечением: творческая интеллигенция, по мысли Николая Анисимовича и его соратников, должна была помочь сделать милицию культурной, интеллигентной. Хорошо понимая необходимость противодействия опасности профессиональной деградации сотрудников, которым приходилось повседневно встречаться с негативной стороной жизни, он использовал свой авторитет для привлечения в процесс воспитания личного состава видных работников искусства. Позже при Академии МВД СССР был открыт Университет культуры, а его ректором стал композитор мировой величины Арам Хачатурян.

Отдав службе в органах внутренних дел 27 лет, заслуженный работник МВД СССР генерал-майор милиции А. Г. Экимян ушел в отставку в 1973 году. Официальное обоснование - "по состоянию здоровья".

- Ох, и тяжелым было то время, когда отец ушел в "свободное плавание", - вспоминает сын, композитор Михаил Экимян. (Он живет в отцовской квартире, которая расположена в одном подъезде с квартирой генерала Паталова). - Семья большая - четверо детей, а он фактически без постоянного заработка. Это после генеральского оклада! Композитор Оскар Фельцман посоветовал ему создать небольшой концертный коллектив, ездить по стране. Так он и поступил - сначала ездил с бригадой, потом один. Выступал в районных домах культуры, поселковых клубах. Но судьба наградила за эти испытания: в конце 1970-х отец написал много хороших песен. Пришла громкая слава. Появились диски-гиганты. Ни одна "Песня года" не обходилась без его произведений. Изо всех радиоприемников необъятного Союза доносился полный оптимизма припев: "Не надо печалиться! Вся жизнь впереди, вся жизнь впереди - надейся и жди!.." Отец был по-настоящему счастлив. Жаль, отмерено ему оказалось так мало!

Как дополнил генерал Паталов, песни Экимяна настолько были любимы в народе, что многие из них часто исполнялись в больших компаниях, за хлебосольным столом. Как известно, застольные песни - самые народные, а Алексей Гургенович писал именно такие, потому что в каждую вкладывал свою душу...

Отметил и то, что за столом его друг часто был тамадой: "Он обладал прекрасным ораторским даром. Мог часами вести стол, без устали шутить, поднимать тосты, при этом никто и не замечал, что его бокал никогда не пустел. Делал вид, что пьет, а сам мог лишь пригубить напиток и ставил на стол".

- В те годы я возглавлял МВД Армении, и когда Алексей Гургенович приезжал в рес-публику, то мы обязательно встречались и подолгу говорили. Каждый раз он обязательно выступал перед личным составом, и это было удивительно теплое и интересное общение. Особенно плодотворно ему работалось во Всесоюзном Доме композиторов, расположенном в городе Дилижан. Это удивительное место на территории одноименного заповедника - одного из богатейших в Закавказье. Наша последняя встреча произошла весной восемьдесят второго. За разговором незаметно пролетело время, и я провожал своего гостя уже после полуночи. Алексей Гургенович был грустнее обычного, может, что-то предчувствовал...

А. Г. Экимяна не стало 24 апреля 1982 года. Ему не было еще и 55 лет. Подвело сердце. Оно и прежде давало сбои: Алексей Гургенович перенес три инфаркта. Ни угрозыск, ни творческие метания душевному спокойствию не способствовали.

В день смерти композитора Паталову позвонил глава МВД. Николай Анисимович Щелоков попросил уточнить у семьи Экимяна: какое решение она примет по поводу места похорон? Если семья решит, что в Москве, то МВД сделает все, чтобы достойно проводить генерала в последний путь. Родственники композитора приняли решение о том, что похороны будут в Ереване, о чем Паталов и сообщил в Москву.

В последний путь заслуженного деятеля искусств Армении Алексея Экимяна, автора 300 песен, которые исполняли лучшие артисты тех лет, при-шли проводить десятки тысяч человек. У гроба стояло все руководство республики во главе с Кареном Демирчяном. Похоронили Алексея Гургеновича в Пантеоне особо почитаемого в городе Тохмахского кладбища, рядом с Арно Бабаджаняном и другими выдающимися деятелями политики, науки и культуры Армении. "Во время похорон никто не сказал ни одного слова - звучала только его музыка. Все и так понимали, кого не стало рядом с нами..."

Редакция: +7 499 259-82-33

Справки по письмам: +7 499 259-61-05

www.mospravda.ru

Факс: +7 499 259-63-60

Электронная почта: newspaper@mospravda.ru

МП
© 2005—2011 «Московская правда»

Rambler's Top100

Рейтинг@Mail.ru
Новая версия сайта