Поиск по статьям и
новостям

  
ipad
Подписка
vote
megapolis
Говорит Москва
Информационный центр Правительства Москвы
aura
lazer
ofshoram

Страсти по автору

Лев МОСКОВКИН

Каждая книга особенная. Но лишь немногие оставляют глубокие следы в душе и иногда даже шрамы на совести. Вроде бы ты ни при чем и все это не про тебя, а цепляет. Таковой оказалась художественная биография писателя-диссидента Георгия Владимова (Волосевича) Ирины Муравьевой "Страсти по Юрию" (издательство "Эксмо").

Большого автора не спрашивают, кто он или кем бы хотел быть. У него нет чинов и званий на визитке. Он должен покориться и старательно соответствовать образу, назначенному для него общественным мнением. Для взыскательного советского читателя он диссидент. Для следователя - варнак. Для любимой женщины - кумир. Для не менее любимой жены - источник опасных неприятностей и тревожной атаки голубого стукача. Для издателя - творческий человек, которому нужно книжки писать, а не журнал вести. Для человека, сделавшего из своего диссидентства профессию, он - советский человек, которому ничего не нравится.

Много можно придумать слов и найти признаков для очевидного разграничения "свой - чужой". Каждый раз все кажется просто. Однако ситуация быстро меняется, а с ней меняются и люди.

Обычные люди не вмешиваются в свои внутренние дела и вполне лояльны к власти даже тогда, когда ест она их поедом.

Люди необычные защищаются от власти общества предъявлением ему собственного образа. Неуместные манифестации вызывают нехорошие чувства.

Биографический роман Ирины Муравьевой о том, как автор ищет свой вожделенный образ. Придумывает героя Гартунга Бера и вживается в него. Передает чуждому фашистскому офицеру свои детские болячки. Эпоха, страна, национальность героя, общество и его условности - все намеренно другое, чтобы найти слова и выразить суть. Маркером становится что-то второстепенное, чего читатель сам не видит или стыдится. Это может быть запах какого-то растения за окном. Камни, из которых сделана дорожка. Характерность начертания молнии в грозовом небе. Как она пыталась завязать шнурки на ботинке конька. Какой у нее был покривившийся зонтик. Пушок на губе любимой.

Роман "Страсти по Юрию" вполне достоин исследования и защиты докторской диссертации о биотехнологии авторского творчества в эпоху перемен. Россия оказалась мощным источником творчества нового. Где бы ты ни оказался, с тобой останется острое желание найти верные слова и создать образ своего героя.

"Когда я умру, - прошептала она и с ярким восторгом блеснула глазами, - ты только не верь. Не ходи на могилу. Меня там не будет. Я буду с тобой".

По сюжетной линии романа умерли все, у кого можно было что-то спросить и имело смысл спрашивать. В авторской версии никто не дожил до момента, когда факт смерти ничего не меняет, кроме избавления от боли и от иллюзий.

Арина, Варвара, Зоя... Три жены нашего героя - три нужды женского характера: потребность семьи, жажда любви, вожделение обладания.

Нагнетание эмоций шло по нарастающей.

"Наконец Арина оторвалась от него и, растрепанная, распухшая, в мокром от слез лифчике, расстегнутом и повисшем на одной бретельке, ушла в ванную, заперлась там..." До сих пор ничего страшнее этой ночи в жизни не было.

"Юра-а! Но это последний ведь раз! Юра-а! Самый последний! - и изо всех сил прижалась искусанными губами к его рту. - Последний разочек, последний разочек! - шептала она". Умерла Варвара Краснопевцева через день от запущенной злокачественной опухоли.

Зоя Потапова во время романа не умерла. Познакомил их предприниматель Леонид Гофман, почитатель писателя с советских времен: "Ты мне его только смотри не обидь! .. - Зоя почувствовала себя так, как будто ее ударили".

"Ты хоть не молчи! - простонал Владимиров. - Ну, не молчи ты все время! Обмани меня! Скажи, что еще все будет хорошо! Скажи, что еще поживем и что я не умру, что мы с тобой вместе! Хоть что-нибудь, Зоя!"

"В романе должно быть голодное счастье. Владимиров вдруг понял, что он всегда пытался сказать именно о голоде счастья. Его ненасытности. Потому что счастье можно накормить только любовью, а этой любви никогда не достаточно".

Причины отражены в слиянии автора со своим героем: "Самое сильное детское переживание Гартунга Бера было одновременно и самым сильным переживанием Юрия Владимирова, который прятался за спиной подростка Гартунга так же, как Набоков прятался за спиной своего героя. Нацистский полковник Гартунг Бер, переживший в восьмилетнем возрасте материнское к себе отвращение, не смог забыть об этом, как переболевший оспой человек не может забыть о своей болезни, потому что лицо его остается изрытым ее следами. Решаясь не просто писать о войне, но писать о человеке, виновном в смерти многих десятков людей не по безволию, не от страха, не по жестокости даже, а по убеждению, Владимиров взвалил на свои плечи тяжесть, которая могла сломить его самого. Но он и схитрил: заручился собою, поскольку они: и Владимиров Юрий, и вымышленный Гартунг Бер слабели душою, пока подрастали, как телом слабеют другие подростки в том случае, если болезни их детства дают осложнение на важные органы. Как только Гартунг Бер убедился в том, что беспамятно-счастливая, только что похоронившая одного мужа и тут же выскочившая за другого Роза Мария Бер хочет избавиться от сына, который сейчас ей мешает, в душе разлилась пустота. Эту ледяную пустоту Юрий Владимиров особенно хорошо помнил: она была частью его самого. Она наступила в нем, как наступает зима. Было утро. Захлопнулась дверь за отцом, и чужая, с лицом, искаженным брезгливостью, женщина сказала ему, что он был ей обузой. Идея Германии - любящей матери - возникла в романе отнюдь не случайно".

"Она так же просто, как все, что делала и говорила, спросила у него: зачем ему чужой немецкий офицер? Своих разве мало с такими же судьбами? И он не смог объяснить ей, что для искусства не существует "своих" и "чужих", а есть что-то общее, одно для всех, и в этом смысле искусство подобно смерти, которая всех уравнивает".

Редакция: +7 499 259-82-33

Справки по письмам: +7 499 259-61-05

www.mospravda.ru

Факс: +7 499 259-63-60

Электронная почта: newspaper@mospravda.ru

МП
© 2005—2011 «Московская правда»

Rambler's Top100

Рейтинг@Mail.ru
Новая версия сайта