Поиск по статьям и
новостям

  
ipad
Подписка
vote
megapolis
Говорит Москва
Информационный центр Правительства Москвы
aura
lazer
ofshoram

Может, что-то не так в консерватории?

Сергей БАЙМУХАМЕТОВ

Рейды московской и петербургской прокуратуры по представительствам фонда Фридриха Эберта и фонда Конрада Аденауэра вызвали недоумение в Германии.

Не будем цитировать прессу - достаточно официальной реакции министра иностранных дел самой, кстати, дружественной к нам страны Евросоюза: "Препятствование деятельности фондов может нанести долгосрочный ущерб двусторонним отношениям".

Глава комитета бундестага по международным делам высказался резче и предложил конкретные ответные меры: "Считаю, что в данной ситуации очень сложно вести переговоры о либерализации визового режима для обладателей российских служебных паспортов... Вводить послабления для обладателей служебных паспортов сейчас, когда идет вся эта кампания против неправительственных организаций, было бы неверным сигналом".

В фонде Эберта сотрудников заставили заполнять какие-то анкеты, а в фонде Аденауэра и вовсе изъяли компьютеры. Дабы "проверить наличие лицензионного программного обеспечения". Поскольку фонд Аденауэра налаживает отношения с правящей партией "Единая Россия" и поддерживает российско-германский диалог на государственном уровне, шаги прокуратуры более чем непонятны.

Фонд Эберта имеет представительства в ста странах мира. Его цели: политическое и общественное образование, поддержка одаренных и общественно активных студентов и молодых ученых, поддержка научных исследований, особенно в сфере общественной истории, экономической политики, трудовых и социальных отношений.

В России фонд Эберта, в частности, оказывает огромную помощь Институту социологии Академии наук. Регулярно выходят фундаментальные исследования: "Богатые и бедные в России", "Бюрократия и власть в новой России: позиции населения и оценка экспертов", "Российская идентичность в социологическом измерении", "Национальная безопасность России в оценках экспертов", "Двадцать лет реформ глазами россиян", "Российская повседневность в условиях кризиса: взгляд социологов", "Малообеспеченные в России. Кто они? Как живут? К чему стремятся?", "О чем мечтают россияне?"... Для каждого доклада проводится опрос тысяч респондентов всех возрастов, социальных слоев и профессий из городов, поселков и деревень от Смоленска до Владивостока.

Таким образом мы (власть, общество, экономические структуры) получаем представление о стране, в которой живем. Глобальная научная работа. Кому-то она мешает?

Вероятно, в прокуратурах не ведали, что творили. Вероятно, германские фонды попали под общую, что называется, раздачу. В рамках тотальной проверки некоммерческих организаций (НКО) в России. Они же подозреваются в том, что сплошь - "иностранные агенты". В Новосибирске "иностранных агентов" искали в отделении Всероссийского добровольного пожарного общества, а в Саратове - в региональной общественной организации "Союз охраны птиц".

НКО "шерстят" сборные команды прокуратуры, налоговиков, миграционной службы, пожарных... С подключением телевидения, в частности НТВ, которое уже выдало в эфир репортаж под названием "Мемориал" прячет доходы от прокуратуры".

"Проводятся массовые авральные проверки, выдаваемые за плановые, - возмущается сопредседатель комитета "Гражданское содействие" Светлана Ганнушкина. - "План" нигде не вывешен, в отличие от планов проверки Минюстом или налоговой службой... Нам вручается бумага без бланка, без названия и определенного правового статуса... Прокурор вправе "проверять исполнение законов в связи с поступившей в органы прокуратуры информацией о фактах нарушения закона". Текст представленного нам, с позволения сказать, документа гласит: "...Проводится проверка на предмет исполнения действующего законодательства". Что - всего российского законодательства?.. Я сразу же подала обращение на имя заместителя прокурора города Москвы г-на Захарова, подписавшего полученную нами бумагу... Прошу ответить на два вопроса письменно:

1. На основании какой информации о фактах нарушения нами закона проводится данная проверка?

2. Какое отношение и какую связь имеет каждый из запрашиваемых документов с имеющейся информацией о нарушении закона?"

В регионах НКО более беззащитны. Там проверки часто напоминают облавы и спецоперации. В Краснодаре сотрудников НКО не выпускали из офисов, изымали мобильные телефоны и личные вещи, говорили, что тут речь об экстремизме.

При чем тут экстремизм? При том, что прокуратура не имеет права проверять НКО. Это - функция Минюста. Но если "экстремизм" - другое дело. И официальный представитель Генпрокуратуры в конце концов объявил:

"В связи с имеющейся информацией о продолжении деятельности запрещенных (действующих под другими наименованиями), а также вновь создаваемых организаций ультранационалистической и радикальной религиозной направленности проверке подлежит в том числе исполнение НКО требований законодательства о противодействии экстремистской деятельности и противодействии легализации доходов, полученных преступным путем".

Попробуйте разобраться в этой словесной конструкции. Я понял так: Генпрокуратура обвиняет НКО в том, что НКО не противодействуют экстремистской деятельности и коррупции в стране. То есть члены "Союза охраны птиц" должны выявлять "организации ультранационалистической и радикальной религиозной направленности" и тех, кто отмывает деньги, полученные преступным путем? А если не делают этого - вот им проверочка...

"Проверяемые" расценивают акции силовых государственных структур однозначно.

"Это чудовищная кампания с целью принудить организации использовать термин "иностранный агент". "Мы переживаем уникальный момент репрессий против всего гражданского общества". "Проверки проводятся с целью не только запугать независимые и некоммерческие организации, но и дискредитировать, показать, что они недружественны стране". "Опозорить, унизить, выдавить из страны - вот стратегия. Зачистить, затаскать по допросам, дискредитировать - тактика".

Однако на самом деле подобная стратегия и тактика - бумеранг. Он возвращается и поражает самих же охотников. Власть, давшую отмашку. Рассудим логически: что в итоге получается?

Допустим, доказали, убедили через ТВ, что все НКО зловредны, враждебны государству Российскому и нашему народу. Тогда по логике их сотрудники - если не враги, то недоброжелатели. Так сказать, отщепенцы. Но массовая, всероссийская (!) кампания невольно отражает масштаб и даже гиперболизирует его - "отщепенцев", выходит, очень много, причем это не зловещие диверсанты, а самые обычные граждане. И тут телезритель, уже поверивший в зловредность НКО, поневоле задумается: откуда и почему вдруг столько врагов среди рядовых россиян? Кто они такие? Оглянется и увидит их вокруг, рядом с собой - обыкновенные люди. Только озабоченные некоторыми проблемами в нашей общей жизни. Никто из них, в отличие от некоторых казенных патриотов, не имеет "Мерседесов", активов за границей, квартир в Майами и на Лазурном берегу. И они - враги?

Бумеранг вернулся.

Зайдем с другого логического конца.

Например, деятельность комитета "Солдатские матери Санкт-Петербурга" блокировали с начала января, на месяц отключали телефоны. Военком города подал заявление: "Под видом правозащитной деятельности проводится массированное, организованное информационно-психологическое воздействие против комплектования Вооруженных сил". В комитет приходил сотрудник Центра по борьбе с экстремизмом.

За что выступают солдатские матери? За дисциплину и порядок в армии.

Против чего они выступают? Против "дедовщины", насилия, против нарушений закона, против издевательств над их детьми.

Так, может, проверять надо армию, а не солдатских матерей?

Этот вопрос возник после того, как премьер-министр Дмитрий Медведев прочитал активу партии "Единая Россия" лекцию о ее "месте в современной политической системе страны". Он говорил, что надо научиться открытости, прямому общению с гражданами: "Нужно вести открытый диалог с журналистами, редакторами СМИ. Причем позитивный диалог".

В кулуарах к Д. А. Медведеву подошла молодая женщина, сопредседатель "Молодой гвардии "Единой России" Екатерина Стенякина: "Дмитрий Анатольевич... мы в последнее время наблюдаем активные информационные атаки на основные опоры нашего государства... Правоохранительные органы и суд... системные политические партии, православная церковь, профсоюзы, наш депутат и Совет Федерации. Не кажется ли вам, что эта атака является частью спланированной кампании против России? И если да, то кто может быть заказчиком этой кампании?"

Очевидцы утверждают: Медведев вздохнул. И сказал: "Я думаю, если бы это было так, все было бы гораздо проще".

Что крылось за тем вздохом не то сожаления, не то печали? Что он имел в виду? Он ведь в сущности сказал: если б замышлялся заговор против страны, бороться с ним было бы "гораздо проще", но тут все гораздо труднее...

Вспоминается монолог Михаила Жванецкого:

"Консерватория, аспирантура, мошенничество, афера, суд, Сибирь.

Консерватория, частные уроки, еще одни частные уроки, зубные протезы, золото, мебель, суд, Сибирь.

Консерватория, концертмейстерство, торговый техникум, зав. производством, икра, крабы, валюта, золото, суд, Сибирь.

Может, что-то в консерватории подправить?"

Редакция: +7 499 259-82-33

Справки по письмам: +7 499 259-61-05

www.mospravda.ru

Факс: +7 499 259-63-60

Электронная почта: newspaper@mospravda.ru

МП
© 2005—2011 «Московская правда»

Rambler's Top100

Рейтинг@Mail.ru
Новая версия сайта