Поиск по статьям и
новостям

  
ipad
Подписка
vote
megapolis
Говорит Москва
Информационный центр Правительства Москвы
aura
lazer
ofshoram

"Очарованный странник" и гневный гражданин

Юрий БЕЗЕЛЯНСКИЙ

Если сравнивать героев у наших классиков, то убеждению Достоевского в целительности страданий для человеческой души и моральному акскетизму Толстого Лесков противопоставлял более терпимый взгляд на ошибки и заблуждения людей. В романе "Некуда" Лесков доказывал, что без христианского духа немыслимо братское общежитие людей. И в то же время писатель сетовал, что в России господствует византизм, а не христианство.

Что лучше для России: революция или эволюция? У Лескова никаких сомнений в ответе не было. Он отвергал революцию и бунт. "Я не верю в "куркен-переверкен", а более доверяю исторической постепенности", - говорил он. "Удивительно, как это Чернышевский не догадывался, что после торжества идей Рахметова русский народ на другой же день выберет себе самого свирепого квартального..." "В России, - отмечал Лесков, - не может быть такой революции, о которой мечтал Герцен, и... еще не скоро привьются благородные принципы в среду Чичиковых и Ноздревых".

И все же в мареве российской действительности Николай Лесков высмотрел богатырей и праведников, которые, возможно, и являются последней надеждой на возрождение России. И это отнюдь не гоголевские типы Манилов и компания, не мечтательный Обломов, не лишние люди печоринского склада, не униженный Башмачкин и т. д. По мнению Юрия Нагибина, главная заслуга Лескова в том, что он на Растеряеву улицу русской словесности привел таких дивных людей, как протоиерей Туберозов и дьякон Ахилка, как Иван Флягин - очарованный странник, как гениальный косой Левша, как Тупейный художник и дворянин Доримедонт Рогожин - мелкопоместный Дон Кихот. "Не видны были до Лескова эти русские самоцветы, а без них "народ не полон", как говаривал писатель лесковского пошиба Андрей Платонов.

Эти рассуждения о лесковских героях до Нагибина высказал философ Николай Бердяев, сравнивая "Бесы" Достоевского с лесковским романом "На ножах": "Роман Лескова гораздо проще, более реалистичен, более правдоподобен, более понятен, чем произведение Достоевского. У Лескова нет ни Ставрогина, ни Кириллова, ни Шатова, ни Верховенского. Герои его романа просто подлецы и ничтожества или просто хорошие и честные люди... В этом романе ярко выступает одна примечательная особенность Лескова как писателя. Его подлецы и преступники малоинтересны, почти всегда банальны, подчас совершенно безжизненны. Наоборот, его праведники и даже просто его порядочные люди часто живые существа, полнокровные, своеобразные, яркие. В этом отношении Лесков исключительная фигура в истории русской литературы. Почему-то Лескову удавались "положительные типы", почему-то под его пером оживали и искрились огнем жизни хорошие люди всех сортов и званий, всех направлений и устремлений..."

И в конце статьи Бердяева: "Лесков был изумительный рассказчик".

Язык Лескова

И рассказчик, и стилист. Кто-то из литературоведов определил лесковский язык как "искусное плетение нервного кружева разговорной речи". Сыплет "эссенциями", недовольно морщился Достоевский. Был придумщиком новых словечек, к примеру, слово "сужект" образовал из двух слов "сюжет" и "субъект". Лесковский "сужект" - слово-действие, слово-повествование. Ну, и разливанное море определений, речений, афоризмов, типа "всяк человек своему нраву служит".

Восторгаясь Лесковым как кудесником слова, Лев Аннинский отмечал, что "перед нами: авторская речь или тонко стилизованный сказ; а скорей всего - и то, и другое разом, в хитросплетении, в том самом затейливом плетении словес, за которое Лесков и взят потомками в вечность, Лесковский мужичок стиснут, и оттого дважды два у него - "приблизительно" четыре, и правда неуловима, и речь винтится узором. Словно ни Петра Великого не было, ни полутораста лет регулярного государства, ни всяких умных теорий, - а все качается перед ним дремучая, иррациональная, хитрая и жестокая Московия, и, разгадывая ее загадки, скручивает "кудесник" мысли и слова..."

Нынешним писателям, горе-стилистам, до Лескова как до Луны, а может, даже и дальше. Космический разрыв в таланте...

Потомки Лескова

У Лескова был сын Андрей, который стал биографом отца. Его книга "Жизнь Николая Лескова по его личным, семейным и несемейным записям и памяти" вышла в 1984 году в двух томах. Андрей Лесков был профессиональным военным, после революции нашел в себе решимость и вступил в Красную Армию (РККА) и вышел в отставку в чине генерал-лейтенанта. Экспертом по творчеству отца был практически всю жизнь. К лету 1941 года Андрей Лесков подготовил объемную биографию отца в печать, а в сентябре 1941 года рукопись погибла в разбомбленном ленинградском издательстве. Оставалась копия, но ее Андрей Николаевич в марте 1942 года в условиях блокадного Ленинграда вынужден был бросить в огонь. Чтобы согреться в страшную зиму, ленинградцы жгли все, что могло гореть, - мебель, книги... Но сохранилась чудом картотека, на основании которой сын писателя, - а ему уже было под 90 лет! - сумел по карточкам восстановить рукопись. Но, увы, книга вышла уже после его смерти...

У Андрея Лескова было два сына (внуки писателя). Один, Ярослав, умер от тифа в 18 лет, другой, Юрий, женатый на баронессе Мэдэм, после революции вынужден был эмигрировать в Италию, а потом с семьей перебрался в Париж.

Дочь Юрия Татьяна, правнучка писателя, руководила балетной труппой в Бразилии. "Кем я себя считаю? Безусловно, я не бразильянка, хотя более 40 лет прожила в Бразилии, - признавалась в интервью Татьяна Юрьевна, - и не чувствую там себя в гостях. Я бы сказала, что я русско-француженка... По-русски читаю с трудом, видимо, дело тут в привычке к латинскому шрифту. Предпочитаю перевод. А вот Лескова - только в подлиннике, хотя он совсем тяжело дается..."

"Очарованная странница" - правнучка добралась до родины своего знаменитого предка в 1989 году и была поражена огромными размерами страны, ее богатством и обилием проблем. Слово "бедность" она постеснялась произнести.

Проблемы, увиденные Лесковым и запечатленные в его книгах, остаются по-прежнему проблемами. Очарование просторами прошло. Мы теперь разочарованные и не странники, а пленники. Если говорить о Москве, то пленники огромного, жуткого и неуютного мегаполиса, где каждый день происходят вещи "гораздо мудренее всякого вымысла", если вспомнить Лескова.

Редакция: +7 499 259-82-33

Справки по письмам: +7 499 259-61-05

www.mospravda.ru

Факс: +7 499 259-63-60

Электронная почта: newspaper@mospravda.ru

МП
© 2005—2011 «Московская правда»

Rambler's Top100

Рейтинг@Mail.ru
Новая версия сайта