Поиск по статьям и
новостям

  
ipad
Подписка
vote
megapolis
Говорит Москва
Информационный центр Правительства Москвы
aura
lazer
ofshoram

Кто вы, мэтр Бердяев?

Олег ТОРЧИНСКИЙ

Что говорилось о Бердяеве в довоенной и послевоенной советской литературе, лучше не вспоминать: каждая статья читалась как донос, тянувший на высшую меру наказания. В 1970-е, сравнительно "вегетарианские" годы о Бердяеве в справочной литературе было сказано следующее: "Русский религиозный философ. От легального марксизма, который пытался сочетать с неокантонианством, перешел к богоискательству, к философии личности и свободы в духе религиозного экзистенциализма, персонализма и христианской эсхатологии. Идейный противник марксизма и коммунизма... В 1922 году выслан за границу". Неудивительно, что старшее поколение шарахалось от его имени, как черт от ладана, а младшее, прежде всего студенты философских факультетов, жадно читало раздобытые из-под полы разрозненные брошюрки, подписанные крамольным именем, спотыкаясь ежеминутно на "меонах", "космической коммюнитарности", "интегральном откровении", "социальном трансцедировании" и пытаясь понять, что же такого страшного понаписал этот странный мыслитель.

Пришли времена, когда наконец стало "можно все", и труды Бердяева заняли свое место на полках книжных магазинов и библиотек. И неизбежно случилось то, что обыкновенно случается с классиками, которых по привычке почитают, но не читают. Хотя не считается зазорным в современном тексте вставить, между прочим, хлесткую цитату из Бердяева, обычно перевранную. Впрочем, есть еще чудаки, которых интересуют дела и люди минувших дней. И тогда неизбежно возникает имя старого философа. Кто вы, мэтр Бердяев? Во что верили, что проповедовали, как жили, с кем и против кого дружили? И за что увез вас на чужбину "философский пароход"?

Обо всем этом спокойно, непредвзято рассказывает книга Ольги Волкогоновой "Бердяев" (издательство "Молодая гвардия"), с первых строк предупреждающей читателя, что автор не является поклонницей Бердяева и поэтому может говорить о нем вполне объективно: не славословя, с одной стороны, и не очерняя - с другой.

Характерная особенность книги: автор осознанно не пытается дать подробный анализ философских концепций Бердяева, хорошо понимая, что это невозможно в популярном издании, да и просто не нужно; в книге отсутствует даже библио-графия трудов писателя или о нем. Волкогонова видит свою задачу в другом: воссоздать атмосферу сложной и противоречивой эпохи, сформировавшей характер мыслителя и его взгляды - жизненные и философские, а в конечном итоге - его жизнь. И делает это прекрасно, со знанием реалий времени рассказывая о прелюбопытнейших вещах: вологодской ссылке, уступавшей, оказывается, лишь Сибири; о революции 1905 года; о содержании многократно проклятого сборника "Вехи"; о собраниях на "башне" у Вяч. Иванова; об уличных боях в Москве осенью 1917 года. А также о "философских пароходах" и тех, кого они увозили, и зарубежном периоде жизни мыслителя, который был "контрреволюционером" для советской власти и "слишком красным" для эмиграции, а на деле просто жил по законам собственной свободной совести и, несмотря ни на что, верил в великое предназначение России.

Редакция: +7 499 259-82-33

Справки по письмам: +7 499 259-61-05

www.mospravda.ru

Факс: +7 499 259-63-60

Электронная почта: newspaper@mospravda.ru

МП
© 2005—2011 «Московская правда»

Rambler's Top100

Рейтинг@Mail.ru
Новая версия сайта