Поиск по статьям и
новостям

  
ipad
Подписка
vote
megapolis
Говорит Москва
Информационный центр Правительства Москвы
aura
lazer
ofshoram

Последнее средство

Корреспондент «МП» разогнал гей-парад и выжил после приемов боевого самбо

Сергей Юрьев

Милиционерам хотят поменять имидж. Согласно этой логике, их нынешний имидж никуда не годится. Усомнившись в этом, я решил попробовать себя в роли рядового стража порядка и отправился в гости во 2-й оперативный полк милиции ГУВД по городу Москве - «понюхать пороха» и пройти необходимый инструктаж.

Место обучения было выбрано не случайно. Потому как именно у бойцов 2-го полка - самый запоминающийся имидж, хоть меняй его, хоть не меняй. Это они носят сферические шлемы с забралом, широкие щиты и резиновые дубинки. Они встают на пути оголтелых демонстрантов и обезумевших футбольных фанатов. В них летят камни, куски арматуры и бутылки с зажигательной смесью. Их ошибочно называют омоновцами, хотя это совсем другое подразделение. Им приписывают немыслимую жестокость и агрессивность. В горячке уличных беспорядков не видно, что неуправляемую толпу прессуют не демоны с рогами, а обычные парни. У которых тоже есть жены, дети и простые жизненные ценности. Именно поэтому столь велико было мое желание заглянуть по ту сторону стальных исцарапанных щитов, посмотреть в глаза человека в сферическом шлеме. А может, и влезть в его шкуру.

Щиты сомкнуть!

Я пришел в часть рано утром. Пока полковник милиции Владимир Домашев показывал мне расположение полка, на плацу тренировались чудо-богатыри. Похожие на римских легионеров, они четко выполняли команды старлея, то рассредоточиваясь, то снова смыкаясь в единый живой бастион. Как объяснил мне командир полка, взвод должен не просто идти «свиньей», как тевтонский орден, а действовать по ситуации, как умный боевой механизм. От выучки бойцов зависит их безопасность во время работы. А работы хватает. Бойцы полка обеспечивают порядок на футболе, хоккее, концертах и прочих массовых мероприятиях, которые случаются по нескольку раз в день. Ну и несут службу в городе. Для них это так, рутина. Как и столкновения с пьяными футбольными фанатами.

- Если не принимать мер против нарушителей, то без защиты останутся именно простые граждане, - говорит Домашев. - Уличная драка подобна войне, в которой страдает мирное население. Не говоря о том, какой опасности подвергают себя милиционеры, врываясь в самый эпицентр беспорядка. В июне, например, на Пушкинской площади наших ребят травили газом, а в новогоднюю ночь - измазали краской. Не смертельно, конечно, но неприятно.

Сама часть представляет собой нечто среднее между военной казармой и подразделением МЧС. Вторая ассоциация вызвана изобилием спецтехники и транспорта - от навороченного штаба на колесах, в котором при желании можно устроить военный совет, до мрачноватых автобусов-«обезьянников» для задержанных. На внутренней стороне двери клетки отчетливо видны царапины, оставленные особо буйными «пассажирами». Также полковник показал мне склады с амуницией и спецсредствами.

- Вот, например, кусачки, - рассказывал он. - Пользуемся мы ими постоянно. Типичная ситуация: пикетчик приковывает себя наручниками к чему-нибудь. Легким движением руки наручники превращаются в элегантные браслеты. Это противоударный шлем ПШ-97. Он предназначен для защиты человека от ударов палками, камнями, бутылками, от открытого пламени. От боеприпасов он, разумеется, не защитит. Для этих целей у нас имеется военная экипировка.

Люди, а не машины

В порядке исключения полковник «зачислил» меня в полк ровно на один день. А так попасть на службу непросто. В среднем новый сотрудник «куется» не меньше года. Готовят серьезно: стрельба, борьба, иностранные языки, криминалистика, следственные действия - вот далеко не полный перечень того, что должен уметь боец «широкого профиля».

Сначала каждый кандидат проходит обязательную трехмесячную стажировку, его прикрепляют к наставнику, который отвечает за все действия и ошибки своего подопечного. Но полноценным сотрудником он станет лишь после того, как пройдет курс профессиональной подготовки, затем он получает табельное оружие и форму. Но даже после этого его продолжает контролировать наставник-поручитель и пристально наблюдают четверо штатных психологов полка. Работа связана с постоянными стрессами, но психологическая помощь - это еще не все. Приходится иметь дело не с машинами, а с живыми людьми, поэтому разумно отслеживать их взаимоотношения внутри коллектива, понять мотивации, внутренний настрой. Они также неплохо разбираются в юридических вопросах и как «Отче наш» знают свои полномочия в соответствующих статьях закона. Впрочем, теоретической части мне удалось избежать, мое обучение началось сразу с короткого экскурса в мир милицейского оружия.

- Вот несколько видов патронов, - рассказывал и показывал майор Владислав Ожерельев. - С резиновой пулей, со слезоточивым газом и для отстрела гранат. Это - газовые баллоны, в отличие от гражданского оружия самообороны они действуют даже на пьяных. В экипировку бойца также входит кобура и наручники.

Далее сержанты помогли мне облачиться в суровые милицейские доспехи и сферический шлем. Я вышел на плац и встал в строй. В левую руку дали щит, в правую - резиновую палку. Раньше мне доводилось писать о реконструкторах, которые давали померить почти настоящие рыцарские латы - ощущения совсем другие. Пластиковые доспехи очень легкие, абсолютно не стесняют движений, а тяжелее всего - бронежилет. Резиновая палка тоже довольно легкая, но рука с непривычки быстро устает. Шлем очень неудобный, дает лишнюю нагрузку на шею.

- Палку на руку не наматываем, - инструктировал меня старший лейтенант Павел Миненок, - раньше это допускалось, но практика показала, что, схватив за палку, можно вывести бойца из равновесия. Левая нога впереди, на нее переносим вес тела в момент удара. Он наносится с шагом. До этого щит упирается в колено и шлем - это позволяет выдерживать удары извне. Затем возвращаемся в исходное положение. Итак, начали!

Живая стена

По команде вся шеренга выполняет удар. Я рассекаю дубинкой воздух и снова закрываюсь щитом. Это немного напоминает технику бокса, но я левша, поэтому получается плохо.

Тогда я представил, что разгоняю гей-парад. Мэр запретил, а они - опять кучковаться! Не знаю почему, но после этих слов удар дубинкой стал получаться у меня куда лучше. Оказалось, нужно было всего лишь сильнее завернуть руку и позволить палке коснуться щита. Затем шеренга схватывается за руки и мы живой стеной тесним воображаемую толпу.

- Иногда я жалею, - признался сосед, не пожелавший назвать имени, - что на наших щитах нет зеркал. Люди посмотрели бы на себя в гневе и ужаснулись. Мне кажется, это сродни шоковой терапии. В реальном столкновении нет хороших и плохих - только действие и противодействие. Какие за этим стоят организации и политические мотивы - не наша забота. Мы - последнее средство правопорядка, поэтому вынуждены действовать жестко. Работа не самая гуманная, но ведь кто-то должен ее делать, верно?

За полчаса работы на плацу я сопрел так, словно отработал смену у станка. Не давая опомниться, оперативники пригласили меня в зал самбо. Там журналиста «МП» то и дело швыряли и бросали на ковер, но заодно научили выполнять несколько простых приемов. Кстати, хорошо поставленные удары, всевозможные болевые приемы, удержания и прочие «сюрпризы», на которые богат арсенал боевого самбо, юридически не есть жестокое обращение с людьми, поскольку нападавший нарушает закон, а боец - наоборот, действует согласно своим полномочиям. Вся боевая система направлена на то, чтобы остановить агрессию, не всегда это происходит безболезненно. Вот вам и сущность работы оперативников.

«Трудовой день» закончился в тире, где полковник лично учил меня стрелять с двух рук, не прищуриваясь. По его словам, процесс обучения стрельбе «трудоемкий и нудный», но при желании и определенных способностях можно освоить премудрость за час.

К грядущим переменам они относятся спокойно. «Допустим, сменим название, но разве наши обязанности изменятся?» - пожимает плечами полковник. Обещанных сокращений личного состава МВД на 20 процентов сотрудники полка не боятся. Сейчас их 1119, и все нужны на своих местах. Например, в день взрывов в метро в оперативных мероприятиях принимали участие более полутысячи сотрудников. Зарплаты у них, понятное дело, невелики - около 25 тысяч рублей. Иногда смены длятся по 12 часов. В спокойные дни работы меньше, но так бывает далеко не всегда. В общем, не жизнь, а песня - в которой служба «и опасна, и трудна».

Редакция: +7 499 259-82-33

Справки по письмам: +7 499 259-61-05

www.mospravda.ru

Факс: +7 499 259-63-60

Электронная почта: newspaper@mospravda.ru

МП
© 2005—2011 «Московская правда»

Rambler's Top100

Рейтинг@Mail.ru
Новая версия сайта