Поиск по статьям и
новостям

  
ipad
Подписка
vote
megapolis
Говорит Москва
Информационный центр Правительства Москвы
aura
lazer
ofshoram

Виктория ТОКАРЕВА: Я и сама для себя счастье

Евгения УЛЬЧЕНКО

Сегодня автор киношлягеров «Джентльмены удачи» и «Мимино» живет за городом и по-прежнему три часа в день проводит за письменным столом. Это делает ее счастливой. Всегда успешная, наверное, она самая позитивная из наших писателей. И нас, ее читателей, тому же учит.

- Виктория Самойловна, комедию «Джентльмены удачи» постоянно показывают по телевидению. Вы смотрите?

- Теперь уже только тот кусочек, где моя дочка появляется. Помните эпизод, когда Доцент заходит в подъезд, поднимается по лестнице и звонит в квартиру? А здоровый мужик говорит ему, мол, я тебя предупреждал? И спускает с лестницы. Но сначала дверь Доценту открывает маленькая девочка. «Папа дома?» - «Не-а!» Вот это и была моя дочка Наташа. Ей там года четыре.

- Что для вас важнее в жизни - творчество или семья?

- Я много, конечно, потеряла оттого, что прожила жизнь деловой женщины. Что это за жена, которая каждое утро работать садится? Ведь не просто же села-посидела... Столько энергии на это уходит. Творчество - это сильнейший наркотик. С другой стороны, мой брак держится столько благодаря моей независимости. У мужа свои заморочки, у меня свои. Пусть он делает, что хочет! Я буду делать то, что хочу я. Вот построила дом. Моя прабабка строила, и у меня проснулись эти гены. Муж к строительству был глубоко равнодушен.

- Но разве не мужчина должен построить дом, посадить дерево и вырастить сына?

- Есть женщины, которые это тоже могут. Я именно так все и сделала. Мне никто никогда ничего не преподносил. Не спрашивал: «Хочешь яхту»? Может, я, конечно, этого и не заслуживала.

- Ваш муж не имеет отношения к кино и литературе?

- Нет, он технарь. Всю жизнь занимался станкоинструментальной промышленностью и сейчас иногда выполняет заказы некоторых фирм. Виктор прекрасно осведомлен в искусстве, у него хороший вкус, и он именно тот зритель и читатель, для которого я работаю. Продвинутый и глубоко интеллигентный.

- Вы ведь рано вышли замуж?

- Очень, в 19 лет. И у нас ни черта не было. Мы жили в коммунальной квартире в одной комнате с родителями мужа. Но у нас было замечательное чувство, какое бывает, когда люди становятся родными. Это даже не любовь, это важнее, чем любовь. Это такое ощущение, будто кровь становится одна.

- Говорят, что у вас был длительный роман с Георгием Данелия. Не жалеете, что семьи с ним не получилось?

- Совсем не жалею! Вряд ли я была бы счастлива с Данелия. Однажды он сказал мне: «Я - алкоголик, и это моя трагедия!» Сущая правда, поэтому я и выбрала в конце концов то, что было в нем лучшего - его творчество! И потом - я же была замужем!

- Сейчас многие обсуждают недавно написанную вами повесть «Дерево на крыше», где вы довольно откровенно пересказываете историю любовного треугольника, участницей которого стали.

- Да, но все это в прошлом. Все это было очень давно, как будто не в этой жизни. Данелия был женат на актрисе Любови Соколовой. А потом ушел от нее, но не ко мне. Женой Георгия стала его студентка, которая с гордостью стала носить знаменитую фамилию. Я вот что думаю: есть мужчины, которые нам не по зубам - именно они почему-то и нравятся. Такой опыт есть не только у меня, он был даже у принцессы Дианы. У каждой женщины есть мужчина, который ей не по зубам. И у Жаклин Кеннеди тоже был такой... Мне кажется, что быть страстно влюбленной в мужа всю жизнь невозможно. Любовь преображается, переходит в нечто другое, а потребность в чувстве влюбленности для меня была необходимостью, потому что в нем я черпала, если угодно, вдохновение. В сущности я об этом только и пишу. И «Дерево на крыше» не исключение.

- Сейчас вы с Данелия общаетесь?

- Мы с ним познакомились во время работы над сценарием по моей повести «День без вранья». Потом были «Мимино» и «Джентльмены удачи». Мы были молоды, влюблены и счастливы. Все это передано в картинах. Работать, когда ты влюблен, - это потрясающе. А сейчас... У нас была мысль что-то написать вместе, но быстро пропала. Общаемся в основном по телефону. Я теперь живу за городом, а он - в центре Москвы. Раньше я жила на Таганке, а он - на Чистых прудах. Я садилась на троллейбус, и через 10 минут он останавливался возле дома Данелия. А сейчас, для того чтобы вместе работать, Георгий должен выйти из дома, сесть в машину, проехать два часа в один конец, потом столько же обратно.

- Сегодняшний Данелия отличается от прежнего?

- Любой человек с возрастом как-то меняется. Недавно Георгий написал замечательную книгу о себе. Его привлекает мультипликация. Он ищет новые формы самовыражения, и это прекрасно.

- Живя на даче, по городу не скучаете?

- Раньше я была очень сильно занята, хотела славы и любви. И для того чтобы это получить, неслась как угорелая по жизни и не видела ничего вокруг. А сейчас у меня есть возможность посмотреть на небо, деревья... Я вцепилась в то, что когда-то не успела ухватить. Я не употребляю слово «старость» и чувствую себя молодой женщиной, которая долго живет. Но желаний устремиться и бечь куда-то уже нет, потому что все игры сыграны. Молодыми движет секс, любовь придумана природой как самая серьезная приманка в деле продолжения человеческого рода. А у меня взрослый внук, я в любой момент могу стать прабабушкой и живу уже без той самой любви, о которой продолжаю писать. Сажусь к столу - и время останавливается. Это такое счастье! Писатель - безумно удобная профессия! Не надо на работу ходить, не надо видеть, кого не хочешь...

- В последнее время стало модно жить за границей. Не пробовали?

- Пока нет, но быть человеком мира - это идеально. Живешь в Москве, потом взяла, заработала денег, купила дом на Средиземном море, где-нибудь в Сан-Тропе и уехала на 4 месяца. А захотела покататься на горных лыжах - поехала в Швейцарию и купила там домик. Надо жить везде. Почему Гоголь сидел, сидел, а потом поехал на 8 лет в Италию? Это неправильно - жить где-то в одном месте. Даже если это место - Москва.

- Такая жизнь денег стоит, у вас они есть?

- Гонорары, которые мне сейчас платят, не меньше многих литературных премий. Притом что я никогда в жизни не писала ради денег. Некоторые издатели берут любую мою вещь не глядя и выпускают не читая. Я могла бы впехивать им что угодно, но заработать имя трудно, а потерять легко... Каждая моя новая книга - по существу очередной «Букер». Поэтому и надеюсь на счастливые перемены. Ведь когда-то у меня вообще ничего не было. Первая дубленка только в 37 лет появилась. А вот своей Наташе я ее уже в 14 купила.

- Ваша дочь тоже сценарист?

- Да, она много работает и знает, чего хочет. На меня совсем не похожа, и я люблю ее за эту непохожесть. У нее сильный характер. Наташа очень красивая, это для меня большой комплимент от природы. И дети у нее получились умные и личностные. Внучке Кате сейчас 13 лет. Она очень хорошо учится в школе. И, главное, хочет учиться. Ей все удается. Еще Катя любит танцевать с голым животом. Как это называется? Восточные танцы! Внучка каждую неделю приезжает ко мне на выходные.

- О своем зяте Валерии Тодоровском вы всегда говорили только хорошее. После того как он оставил вашу дочь, свое мнение о нем не переменили?

- Ну что значит - оставил? Они с Наташей развелись. Но инициатива развода принадлежит все-таки не ему. И потом он по-прежнему тащит всю семью материально, никого не забыл. Ведет себя очень интеллигентно, поэтому я сейчас хвалю его еще больше, чем когда он был моим зятем. А вообще зять - величина переменная. И ничего не попишешь. Поэтому никаких сожалений нет.

- Первый ваш рассказ «День без вранья» сразу сделал вас известной. С тех пор прошло больше 40 лет, но вы по-прежнему любимы и востребованы. Как вы сами считаете, почему?

- Знаете, сначала у нас была сильная военная литература. Потом сильная диссидентская. Но война давно кончилась, выросло уже два новых поколения, для них война - что с Гитлером, что с Наполеоном. И социализма больше нет. Но жизнь все равно продолжается, в этом причина моей востребованности.

- Правда, что во ВГИК вам помог поступить Сергей Михалков?

- Мне был тогда 21 год, я окончила Ленинградское музыкальное училище и работала учительницей пения в общеобразовательной школе на окраине Москвы. Почти у половины моих учеников отцы сидели по тюрьмам, а я пыталась научить их музыке. Не было ничего безнадежней. Я чувствовала себя Каштанкой. Помните, в чеховском рассказе момент, когда она потерялась и ее засыпал снег? И Чехов пишет: «Если бы Каштанка была человеком, она бы подумала: «Нет, так жить невозможно, нужно застрелиться». Вот и я так же думала. Сергей Владимирович приехал к нам в школу, чтобы почитать стихи, и я попросила его написать рекомендацию во ВГИК. Что он и сделал, хотя видел меня первый раз в жизни. Он помогает всем и объяснил мне позднее, что это хорошо для будущей жизни - там все учитывается. Но, по-моему, у него это тоже вроде таланта.

- В 70 - 80-е годы красивее вас считалась только Ахмадулина. Это помогало вам в творчестве?

- Да, была такая своеобразная иерархия: первые места занимали красавицы и гении. В литературе это была Ахмадулина, в кино - Лариса Шепитько. Сейчас эту роль вроде бы играют Рената Литвинова и отчасти Дуня Смирнова. Дальше шли миленькие и талантливые. Это как раз была я. Во всяком случае мне моей внешности как-то всегда хватало. Я ведь не актриса, а писательница. Но власти предержащие меня никогда не затирали. Они тоже все были немножко рыцари.

- Как вы считаете, общественный темперамент - это свойство мужского характера?

- Мой общественный темперамент на нуле. Не хочу сказать, что это хорошо. Но что-то не припомню ни одного значительного произведения, написанного с таким темпераментом. И вообще женщина рождена для другого.

- Как вы относитесь к делению литературы на мужскую и женскую?

- Нормально, потому что мир состоит из мужчин и женщин. Если кто-то назовет меня не писателем, а писательницей, я не обижусь. Мужчины и женщины - разные звери. Женщины гораздо красивее, но зато мужчины все делают лучше. Лучшие повара - мужчины, лучшие кутюрье, портные - тоже они. Женская литература вся на одну тему, которая называется тоска по идеалу. Как в народной чaстушке: «Грусть-тоска меня берет, что не тот меня любит».

- А почему у ваших героев часто «не клеится» личная жизнь?

- Если написать героев, у которых все «клеится», это неинтересно читать. За героев-то рада, но читать скучно. Ну, счастлив, ну, иди домой! В жизни ведь тоже не так уж часто все удачно складывается. И ничего. Одно не получилось, зато другое обязательно вышло. У природы свои законы, а то, что с мужчиной, поставлено на последнее место. Как выйдет - потому что это непрогнозируемо. У человека есть две вещи, по которым видно, чего он стоит: его дом и его дело.

- «А тогда зачем все это?» - спрашивает одна из ваших героинь. Зачем столько лишних переживаний? Почему, например, человек не сделан моногамным?

- Простота - не главный принцип, по которому тут все устроено. Иногда проще - значит беднее. А в жизни все очень богато. Я была в Израиле, видела целые поселки, живущие строго по Торе. Хасид не нарушает ни одного закона, никогда не изменяет жене. В этих поселках весело, бегают хохочущие дети с маленькими пейсиками. И все правильно. Но я бы так не смогла ни дня. Невозможно, когда твоя жизнь предначертана. Главная драма в том, что мужчина нужен женщине целиком. Его задача - всегда ускользать к кому-то или во что-то. Если у мужчины есть манера соскакивать, то он обязательно соскочит. Эта манера - ген неверности - наверное, просто по наследству передается. Поэтому очень важно, в какой семье родился и вырос ваш избранник.

- «Дерево на крыше» на сегодня последняя из ваших книг, а могли бы вы сказать, что она самая автобиографическая?

- Это было бы неправильно по отношению ко всем другим моим книгам. В каждой из них есть частица моей души. Но я ведь такая не одна. Абсолютно все писатели эксплуатируют свою жизнь. Хотя и вымысел тоже обязательно присутствует. Вымысел есть даже в мемуарах, что уж об остальной литературе говорить. Поэтому намеки на реальные прототипы пусть и останутся намеками.

- Как вам удается быть всегда такой позитивной?

- Главное - то, как ты себя ощущаешь. Есть такие характеры, которым все плохо. А мне - все хорошо. Если только кто-то не бьет доской по голове! Я и сама для себя счастье. Любая. У меня есть любимое дело, а когда я слышу, как моя красивенькая внучка бубнит в своей комнате уроки или топает по лестнице, то думаю: вот милости-то Бог послал.

Редакция: +7 499 259-82-33

Справки по письмам: +7 499 259-61-05

www.mospravda.ru

Факс: +7 499 259-63-60

Электронная почта: newspaper@mospravda.ru

МП
© 2005—2011 «Московская правда»

Rambler's Top100

Рейтинг@Mail.ru
Новая версия сайта