Поиск по статьям и
новостям

  
ipad
Подписка
vote
megapolis
Говорит Москва
Информационный центр Правительства Москвы
aura
lazer
ofshoram

Другая стихия

Если вы решили заняться экстремальными видами спорта, например прыгать с парашютом, то вам пригодятся эти советы.

- Обычно «перворазники» прыгают с самолета, там дверь нормальная, - рассказывает бывалая парашютистка и моя давняя знакомая Любовь Якубовская. - Вываливаешься, и все. Но мне в первый раз пришлось прыгать с «вертушки» (с вертолета). Чтобы выйти в его маленькую дверцу, надо пригнуться. Настало время «падать». Один из парней подошел к выходу и «завис». Инструктор стал его сзади толкать, но тот уперся руками и ногами, прямо так крабиком и встал. А рядом сидел техник. И вот он, как в анекдоте, подловил момент и точным движением ноги - прямо в пятую точку - вытолкнул незадачливого парашютиста. Человек «ушел».

Любаня и другие «перворазники» поняли, что у них нет выбора. И лишь после приземления узнали, что выталкивать строго запрещено инструкцией. Просто тот человек уже третий раз взлетал и в последний момент отказывался. Поэтому специально попросил выпихнуть его во что бы то ни стало. Вообще, чтобы тебя вытолкнули, нужно на земле очень сильно попросить инструктора.

Как и везде, в парашютном спорте старички любят «поприкалываться» над новичками. Приходит, например, студент первый раз на аэродром. И перед ним инструкторы начинают разыгрывать самый настоящий спектакль. С невозмутимыми лицами «волки» спрашивают друг у друга: «Ну, как твой предыдущий студент, его уже выписали из больницы? А ты не забыл его пристегнуть, когда прыгал?» Новичок потихоньку все больше пугается. Тогда инструкторы, якобы не обращая на начинающего парашютиста никакого внимания, говорят исключительно друг другу, показывая на его ранец: «Не сюда ли в прошлый раз была зашита подушка?»

…И почему некоторых людей так привлекает экстрим? Жизнь ведь и без того опасна – от нее умирают. Зачем же искать на свою голову дополнительные приключения?

- Парашютный спорт не так страшен, как кажется, - не соглашается со мной Любаня, - во всяком случае, не опасней, чем альпинизм или горные лыжи. Или вождение машины на скорости 180 км в час…

Что является стимулом для первого прыжка? То, что это смогли другие. Потребность ощутить свою причастность к некой высшей касте, суметь то, что недоступно для других. По мнению Любови Якубовской, это один из самых сильных мотивов, который побуждает людей заниматься экстремальными видами спорта.

А вот удовольствие, по словам Любани, поначалу испытываешь уже на земле, когда вспоминаешь, как все было. Лишь после сотни прыжков преодолеваешь свой страх и напряжение в самолете. Потом начинаешь получать кайф иного рода.

- Воздух – это другая стихия, там все не так, как на земле, - рассказывает Люба. - Поэтому опыт, который человек получал всю свою сознательную жизнь (учился ходить, плавать, кататься на велосипеде), совершенно неприменим к парашютному спорту. И, соответственно, наоборот.

А еще Любе нравится все новое. Когда появилась «свеженькая» дисциплина парашютного спорта – фри флай, она тоже это попробовала. Ее друзья - еще более продвинутые: совершают прыжки с неподвижных объектов. Например, с Останкинской телебашни. С антенн, высотных зданий, мостов и скал. Это очень опасно, потому что прыгать приходится без запасного парашюта и страхующего прибора. И все зависит только от тебя.

Есть в парашютном спорте такой термин: высота принятия решения. Вообще-то «раскрыться» надо на уровне 1000 – 800 метров, но если парашют не сработал, то на высоте 600 метров нужно срочно открыть запасной. Ну, а если вы миновали и эту отметку? Инструкторы объясняют: тогда можете уже расслабиться и отдыхать до земли. Такой вот мрачный юмор.

Но так действительно иногда бывало, особенно до изобретения «пищалок» (это приборчики, которые меряют высоту и пищат, когда нужно). Раньше парашютист должен был сам регулярно смотреть на высотомер. И по нему «раскрываться». Новички, как правило, соблюдают дисциплину. А вот те, у кого за плечами уже около двухсот прыжков, позволяют себе расслабиться. Им кажется, будто они все умеют. Именно среди этой категории спортсменов часто бывают «низкие раскрытия». Это – угроза для жизни.

Бывает и так, что человек избежал верной смерти. Парашютисты говорят про таких: «человек, который спасся». Вообще-то это серьезный стресс. Но молодежь этим бравирует ужасно. Сейчас на серьезных аэродромах за нарушение дисциплины сразу отстраняют от прыжков.

Молодые парашютисты порой считают травмы ерундой, не придают им значения. Но уже через несколько лет, когда им «стукнет» за тридцать, травмы дают о себе знать, и ребята понимают, что своей юношеской бравадой и нарушением дисциплины сами испортили себе здоровье.

- Раньше в столичном клубе парашютистов после закрытия сезона всегда устраивали «грандиозную пьянку», - говорит Любаня. - Сейчас коммерческие аэродромы не закрываются даже зимой, просто в случае чего объявляют нелетную погоду. Поэтому «грандиозная пьянка» самоотменилась. Но парашютисты все равно собираются на «пьянки маленькие» и рассказывают друг другу, «кто как спасся». Это их любимая тема – несмотря ни на что. И они все равно этим бравируют. Конечно, в разных «кастах» это происходит по-разному. Если у человека больше 2, 5 тысячи прыжков, он уже не будет хвалиться нарушением дисциплины, у него другая весовая категория. А когда собираются те, у кого до двухсот прыжков, то взахлеб идет «вал историй». Мол, а я то, а я се, а у меня стропы запутались, а я их героически распутываю…

И вот сидят в клубе люди более-менее уважаемые: у кого двести, у кого пятьсот прыжков. Те, у кого сто прыжков, помалкивают. И вдруг подходит новичок, которого вообще никто не знает. И начинает свой рассказ: «А вот у меня был случай…». Тут, разумеется, все скептически переглядываются: сейчас будет «гнать пургу», которую слушать невозможно. Новичок не замечает и продолжает настойчиво: «Прыгал я в ноябре на «дубе»…

Тут все окончательно «вянут», понимая, что история у студента совсем не интересная. Парашют «Д-1-5-У», он же «дуб», - практически неуправляемый, хотя безопасный. Все делают скучные лица, начинают пить пиво.

- Я прыгал на «дубе», и меня понесло ветром, - продолжает настойчивый новичок. - Упал на чей-то дачный сортир и проломил крышу. Попал внутрь. А парашют остался снаружи. И повис ни туда, ни сюда. Заметьте: глубокая осень, ноябрь месяц. Дачники уехали. А сортир закрыли на замок.

Вот тут-то все и поняли, что история у студента все же классная. Нашли его, кстати, тогда в сортире аж через три часа. Так он и спасся.

Информация к размышлению:

Бывалые парашютисты уверяют, что «первый прыжок с парашютом напоминает суицидальную попытку».

Комментарий психолога:

По словам Татьяны Дмитриевой, директора Государственного научного центра социальной и судебной психиатрии им. Сербского, академика РАМН, потребность в экстремальных ситуациях - это не патология. Просто некоторым людям для хорошего самочувствия необходимо периодически «ходить по лезвию бритвы», потому что их обмен веществ требует регулярного вбрасывания адреналина. В ином случае они будут чувствовать себя дискомфортно, потеряют душевное равновесие. Начнут срываться в семье и на работе, невольно провоцировать конфликты. Зато после искусственного стресса они становятся на некоторое время добрыми и спокойными, «канализировав» накопившиеся эмоции. Это своеобразный выброс агрессии, специфическая адаптация к окружающей среде.

Редакция: +7 499 259-82-33

Справки по письмам: +7 499 259-61-05

www.mospravda.ru

Факс: +7 499 259-63-60

Электронная почта: newspaper@mospravda.ru

МП
© 2005—2011 «Московская правда»

Rambler's Top100

Рейтинг@Mail.ru
Новая версия сайта