Поиск по статьям и
новостям

  
ipad
Подписка
vote
megapolis
Говорит Москва
Информационный центр Правительства Москвы
aura
lazer
ofshoram

Николай ЦИСКАРИДЗЕ: Балет — искусство целомудренное

Александр Славуцкий

Николай Цискаридзе родился 31 декабря 1973 года в Тбилиси. В 1984 году поступил в Тбилисское хореографическое училище, а с 1987-го продолжил свое обучение в Московском академическом хореографическом училище по классу профессора Пестова. По окончании МАХУ Цискаридзе был принят в труппу Большого театра России, где быстро занял положение ведущего солиста, а затем премьера. Одновременно он продолжал свое образование в Московском государственном хореографическом институте, который окончил в 1996 году. Цискаридзе сразу привлек к себе внимание ведущих мастеров Большого театра, таких, как Галина Уланова и Марина Семенова, Юрий Григорович, Владимир Васильев, Николай Симачев и Николай Фадеичев. Творческие достижения Николая Цискаридзе отмечены многочисленными званиями и наградами. Среди них - заслуженный артист России (1997 год), народный артист России (2001 г.), три премии «Золотая маска» (1997, 2000, 2003 гг.), дважды лауреат Государственной премии России (2001, 2003 гг.), лауреат Премии мэрии Москвы в области литературы и искусства (2000 г.)

- Николай, некоторые называют балет возвышенным стриптизом. Как вам такое сравнение?

- Наверное, отчасти это так и есть. Ведь сначала в балете едва показывали щиколотку, потом женские юбочки стали укорачиваться, потом у мужчин укоротились килоты, а теперь можно сказать, что современный балет - самое целомудренное искусство. Потому что когда приходишь в клуб, тебе чуть ли не с порога уже показывают все внутренние органы.

- У каждого артиста свой подход к работе. А вот лично вы какие детали стараетесь найти в первую очередь, работая над ролью?

- Стараюсь понять национальность героя. Затем его социальное положение, происхождение. Эти детали очень сильно накладывают отпечаток на поведение. Надо для начала элементарно понять походку. Дворянин никогда не двигается, как плебс. И движения рук у него другие. Если с этим все ясно, то дальше ты выстраиваешь характер в зависимости от той ситуации, которая есть в пьесе. Детство и юность я провел в Тбилиси, а это очень демократичный город. Там живут люди разных конфессий, национальностей. Я человек наблюдательный и всегда замечал, насколько поведение людей зависит от их природных данных. Вот это я и пытаюсь выяснить для себя в первую очередь.

- Наверное, вот из-за чего у вас репутация «неудобного артиста», который танцует под собственное настроение и постоянно что-то меняет в своих спектаклях?

- Например, я танцевал три «Жизели» подряд. Глупо делать одно и то же, я не умею так. Каждый день я что-то менял, что-то прибавлял, что-то убирал, потому что у меня такое настроение. Бывало, что мой педагог Николай Борисович Фадеичев подходил и говорил: «Коля, вот это хорошо получилось, оставь, а вот это я бы не делал, убрал, потому что разрушается ткань спектакля...» Вот так что-то остается, что-то отсеивается, что-то со временем уходит. Но должен происходить процесс, иначе будет неинтересно.

- Поэт писал: «Цель творчества - самоотдача». А вы можете о себе сказать, что работа для вас является самым главным в жизни?

- Довольно долго в моей жизни не было ничего, кроме работы. Начав заниматься балетом в раннем возрасте, я посвящал ему все свое время. Наверное, поэтому достиг успеха и обогнал многих моих коллег. Но в какой-то момент почувствовал, что накопилась огромная усталость. И в 28 лет я опомнился. Мне стало скучно от того, что моя жизнь - это только зал. Тогда я первый раз нарушил режим и не спал ночь. Ничего страшного не произошло. И с того момента я стал больше отдыхать, чаще собираться с друзьями, иногда позволяю себе посидеть до пяти утра. Конечно, я и сейчас много занимаюсь, но если встает выбор между лишним заработком или отдыхом, выбираю отдых.

- Скажите, а если бы не сложилось с балетом, кем бы вы стали?

- Все равно бы пришел в театр. Я вырос в семье, где никто не имел никакого отношения к театру. И, наверное, поэтому мое увлечение не воспринималось всерьез. Но этот мир меня страшно привлекал. Не будучи ребенком актера, я не мог бывать за кулисами, но я так мечтал туда пробраться, за эту рампу! Я завидовал моим одноклассникам, у которых родственники работали в театре. Сами они туда не ходили, а я не понимал, как можно туда не рваться! Ведь настоящая жизнь - там. Даже если бы я не стал артистом балета, начал бы рисовать, стал театральным художником или художником по свету.

- Балет, несомненно, это искусство прекрасного. А насколько для вас важна красота в жизни?

- Красота - это основополагающее моей жизни. В мою профессию входит быть красивым, любить все красивое и стараться сделать все красиво. Никуда не денешься от этого. Конечно, когда я играл Квазимодо, то не старался сделать его красивым внешне, но привлекательным - да. Так, чтобы за него переживал весь зал.

- А что для вас входит в понятие красоты человека?

- Конечно, сначала внешность. Для меня очень важны руки. Это такая существенная деталь, которая много говорит о характере человека. Движения рук, их форма, рукопожатие. Иногда я могу начать уважать человека только за его руки. И еще для меня очень важна аккуратность. Необязательно быть дорого одетым, главное, чтобы было опрятно. Я могу понять, что у человека нет денег, чтобы купить дорогую майку, но чтобы эта майка не была постирана и заштопана, не могу понять. И тут мне ничего объяснять не надо. Я никогда не оправдываю женщину, которая вся из себя ученая, со степенями, но с дыркой на кофте. Моя мама работала педагогом, у нее было немного денег, но она три раза в неделю ходила в парикмахерскую. Укладывала волосы, делала маникюр. Она говорила: дети все запоминают и не прощают просчеты, я всегда должна быть комильфо. Меня всегда окружали женщины, за собой следящие. Это очень важно.

- Какой яркий пример женщины - воплощения стиля вы можете назвать?

- Например, Барбра Стрейзанд. Вот стиль, который стал эталоном. Казалось бы, ее природные данные нельзя причислить к канонической красоте, но она их преподносит настолько пикантно, индивидуально, что это становится красивым.

- А из российских актрис?

- Сложно сказать. Как поется в песне из фильма «Чикаго» - «ушел класс!» Сейчас как-то все обнищало. Все эти тусовочные люди, которые не сходят с журналов...

- Мне кажется, вы не совсем справедливы. Если говорить о стиле, его хорошо выдерживает, например, Рената Литвинова.

- Да вы смеетесь! Нет, многие люди говорят, что она талантливый сценарист. Я не знаю, не понимаю специфику этой профессии достаточно тонко, но то, что касается актерских работ! Возьмите последний фильм «Настройщик». В нем играют две величайшие актрисы - Русланова и Демидова. О них можно говорить бесконечно. А те люди, которые начинают всерьез обсуждать Литвинову, меня просто удивляют. Это же сиюминутная раскрученность. Вы вспомните, кто возникает на экране, когда показывают хроники прошлого? Сколько дутых фигур было среди писателей, актеров, композиторов. Минуло 50 лет, и кого мы помним? Шостаковича и Прокофьева, Шолохова и Булгакова. То же самое будет и с нашими современными так называемыми звездами.

- Хотя красота - это не только внешний вид. Какое поведение с вашей точки зрения является красивым для мужчины?

- Для меня важно, как мужчина ведет себя с женщинами, которые были и есть в его жизни. Однажды я попал в театр, где до этого гастролировала одна из наших балерин. Блистательная балерина, но с совершенно несносным характером. Весь театр рассказывал мне, какая она нехорошая, все перемывали ей кости и ругали на чем свет стоит. И вот я разговариваю с танцовщиком, который с ней непосредственно работал. Он сказал: «Я с ней танцевал». И все, ни одного нелицеприятного слова! Я в этого человека сразу влюбился. И хотя, судя по рассказам коллег, для него это был тяжелый период в жизни, он поступил по-мужски по отношению к ней, и это ценно. Я на такие детали очень обращаю внимание.

- Что, на ваш взгляд, можно простить женщине из того, что нельзя простить мужчине?

- Глупость. Мужчине нельзя простить, а женщине можно, если она красивая. А внешне - все, кроме неопрятности.

- А что вы легко можете простить любому человеку?

- ...Обжорство! Просто я понимаю, как трудно все время держать себя в форме.

- Теперь я понимаю, почему вас нередко называют «настоящим гедонистом».

- А я, кстати, очень удивился, когда узнал об этом. Хотя приятно, когда по отношению к тебе такие иностранные слова употребляют. (Смеется). Конечно, мне нравится получать от жизни удовольствие. Моя самая большая мечта - дом на берегу теплого моря, вечная весна и никакой физической работы. Гулять по пляжу, кататься на скутере, валяться на матрасе, играть в карты. Я тяготею к праздному образу жизни, может быть, потому, что с 10 лет очень много работаю.

- Интересно, и чем же себя балует гедонист Цискаридзе?

- Ем сладкое, еду отдыхать, покупаю себе что-нибудь. Вижу какую-нибудь вещь, она мне нравится, сначала думаю - надо ли мне это? Потом говорю себе - вчера я удачно станцевал спектакль, дай сделаю себе подарок. И покупаю.

- Можете вспомнить самую сумасшедшую покупку в своей жизни?

- Когда я был еще ребенком, еще во времена Советского Союза, мы с нашим хореографическим училищем ездили в Америку на гастроли. В одном городе, где мы были проездом, я увидел игрушечного зайца. Он стоил 60 долларов. Для нас, советских людей, это была астрономическая сумма. Но я заболел этим зайцем. В тот момент мне купить его не удалось, это можно было сделать только через две недели на обратном пути. Все время я думал об этом зайце. Обратно прилетели ночью, все магазины закрыты и только один, где продавался заяц, был открыт! И я его купил. Для всех это был шок. Но я ничего другого не хотел. И до сих пор я берегу этого зайца.

- Наверное, в вашей жизни был и какой-нибудь сумасшедший поступок?

- Стал артистом балета. Сумасшедший поступок, я сейчас это понимаю. Прийти туда с улицы, без всякой протекции, очертя голову, полное безумие! Сейчас я думаю - какой был наивный, самонадеянный мальчик. Наверное, мне помогло непонимание своей наглости. Но я так верил в свою гениальность! (Смеется.)

- Много трудностей пришлось преодолеть, чтобы оказаться на сцене Большого?

- Очень много и, прежде всего нужно было постоянно преодолевать противодействия самых разных людей. Меня все время останавливали, говорили - не ходи, не получится, театральный мир некрасивый, Большой театр - вертеп разврата... Но знаете, сколько человека ни предупреждай, пока он сам не ударится, ничего не поймет. Например, моя няня много раз говорила - не подходи к плите. А однажды взяла мою руку и поднесла к огню. И я больше близко к плите не подходил. А здесь я сам полез в огонь, потому что был уверен - попаду в Большой театр и стану здесь первым. Так и получилось. Конечно, это вела судьба, и все, что со мной произошло, это чудо.

- Думаю, что у вас, как и у каждого человека, бывают приступы отчаяния. Как вы с ними справляетесь?

- Много лет на моей стене висел большой плакат с известным изречением царя Соломона: и это пройдет. И он мне всегда помогал. Когда случается какая-то неприятность, первое, что надо сказать себе, - пройдет. У нас всегда находится много поводов, чтобы расстраиваться, в результате мы сами себе создаем трудности. Зачем?

- А что сейчас для вас является трудным, кроме работы над ролью, разумеется?

- Наверное, противостоять лести. Это очень трудно. Много лет работая звездой (смеется), часто слышишь комплименты. Если ты умный, то научишься различать, где - правда, а где - банальная комплиментарность. И нужно много сил, чтобы сохранить объективный взгляд на себя.

Редакция: +7 499 259-82-33

Справки по письмам: +7 499 259-61-05

www.mospravda.ru

Факс: +7 499 259-63-60

Электронная почта: newspaper@mospravda.ru

МП
© 2005—2011 «Московская правда»

Rambler's Top100

Рейтинг@Mail.ru
Новая версия сайта